Крокодил хватил кулаком по столу, так что монитор подпрыгнул и задребезжала клавиатура.
«передать информацию должностному лицу на раа»
«Нет носителя для передачи информации».
– Сволочи, – сказал Крокодил. – Людей вы передавать умеете, а дискету… клочок бумаги… глиняную табличку…
«Андрей Строганов? Какого рода возмещение вас устроит?»
Он зажмурился. Прокатит или нет? Открыл слезящиеся глаза:
«Я желаю быть носителем информации передайте меня на раа в качестве носителя»
«Решение вне стандартов Бюро».
«Другое возмещение не устроит»
«Вам предлагается продление срока жизни сверх установленных норм».
«Не устроит»
«Вам предлагаются любые материальные ресурсы на ваше усмотрение».
«Не устроит»
Пауза. Мигает курсор.
«Андрей Строганов?»
«Не устроит!»
Монитор погас.
«Андрей, очнись».
Из всех пробоин вытекала жизнь. И если бы не мощный насос, нагнетающий тепло и кровь, – его дирижабль, изнутри покрытый узорами, давно бы сплющился и умер.
«Давай, помоги мне. Очнись».
Насос, присосавшись к затылку, нагнетал жизнь – наперегонки со смертью. И нужна была воля, всего лишь воля к жизни, чтобы затянуть дыры, чтобы удержать подарок, чтобы сохранить себя.
«Давай, Крокодил!»
Он открыл глаза.
Над ним нависало знакомое лицо. Серые с сиреневым отливом, мутноватые глаза, и круги под глазами. Заострившийся нос. Пересохшие губы.
– Айра, – сказал Крокодил, еле двигая ртом. – Я знаю, в чем состоит замысел Творца.
И понял, что говорит на языке Раа.
Во влажной, душистой, поросшей лианами пещере мерцала водная гладь. На поверхность подземной реки транслировалась картинка – мозаика тысяч экранов, порталов и мониторов.
Крокодил никогда не выступал с речью перед сколько-нибудь большой аудиторией. Теперь он стоял перед целой общиной Раа – перед миллионами местных, у которых, кроме этой планеты, не было другой родины. Он не видел сейчас их лиц, россыпь мониторов казалась рябью на воде; рядом с Крокодилом в помещении были только двое, бритый старик с татуированным черепом да оператор информационной системы, юноша в белых шортах.
Пауза затягивалась. Крокодил открыл и закрыл рот, как рыба на песке, и заговорил, преодолевая себя с каждым словом:
– Проба – вот что отражает замысел Творца относительно Раа. Это усилие за гранью возможностей. Прыжок через голову. Преодоление непреодолимого. Люди, воспитанные Пробой и для Пробы, хозяева себе и миру, должны преобразовывать мир. Проба требует бегать по углям – но в мире Раа нет углей, по которым стоит бегать. Замысел искажен, реальность расслаивается, неизбежен коллапс.
Он пожалел, что Айра сейчас его не слышит. Консул помещен был под следствие и лишен доступа к информации, и теперь он спал в своем заточении, на полу туземной хижины, на траве, и от исхода слушаний сейчас зависело, придется ли Махайроду просыпаться.
– Стабилизаторы, – Крокодил говорил через силу, он подходил к самому главному, – стабилизаторы больше не защита, это ошейник, это петля, которая медленно убивает. Для того чтобы расслоение реальности прекратилось, чтобы Вторая Смерть Раа отступила, стабилизаторы необходимо отключить!
Поверхность воды зарябила ярче – они отреагировали на его слова, они пришли в ужас, они возмутились… так и должно быть.
– После того как это произойдет, – Крокодил говорил на последнем дыхании, – реальность опять изменится. Появится… вызов. Который общине Раа придется принять… и работать на грани возможностей. За гранью. Тогда замысел Творца будет исполнен, и Раа придет к процветанию.
Он закашлялся. Встав на колени, склонившись к реке, хлебнул воды пересохшими губами.
– У слушателей есть вопросы, – мягким женским голосом сказал подсолнух на краю реки. – Вы готовы отвечать? Минуту… Нет, это вопрос не к вам. Это вопрос к участникам слушаний… Трансляция вопроса, собеседник – общественная группа север-север-запад.
– Затор-Гай, индекс один к пятидесяти, – сказал в тишине глуховатый мужской голос. – Полноправные граждане, наш собеседник – мигрант. Он призывает нас отключить стабилизаторы на основе собственного мистического видения. Если бы в этом деле не был замешан Консул Махайрод – я посчитал бы, что это дурацкая шутка. Теперь я спрашиваю себя, не провокация ли это… Конец связи.
– Шана, индекс один к четырем, – вмешался знакомый голос. – Андрей Строганов – полноправный гражданин Раа, получивший вид на жительство с исполнением всех формальностей и полное гражданство с исполнением всех требований. «Мигрант» в данном случае – самоопределение, но не статус.
– Есть предложение, – вступил третий голос, тоже женский, но скрипучий и старый. – Поскольку много желающих высказаться – давайте формулировать текстовыми репликами. Модератор, переправляйте вопросы Андрею Строганову… Возражения? Погодите…
Поверхность реки помутилась сильнее. Крокодил сел на мох, скрестив ноги, и посмотрел на потолок, увитый лианами. Среди стеблей прятались световоды, переплавляющие снаружи солнечный свет.
– Вопрос Андрею Строганову, – прочитал оператор. – Что за «вызов» для Раа вы имеете в виду? Что это?
