— Все, Джим. Отдыхай. Не говори больше, — сказал я. — Череп цел. Жить будешь. Ты молодец, что добрался. О твоем участке… Я позабочусь. Обещаю.
Он слабо улыбнулся, закрыл глаза. Снежнка села рядом, гладила его по руке.
Я вышел из комнаты Джима, спустился в общий зал салуна. Там, при свете лапм, толпился народ. Лица их были возбужденными, полными вопросов. Слух о золоте и том, что случилось, уже успел распространиться.
— Мистер Уайт! — воскликнул кто-то из старателей. — Что там? Что с Джимом? Он говорил… про золото?
Я поднял руку, призывая к тишине.
— Золото есть, — сказал я громко. — Много. На ручье, вверх по Клондайку. Джим нашел его с Кармаком и остальными. Но… они повздорили, ранили индейца. Потом бросили Джима умирать.
По толпе прокатился возмущенный ропот. Бросить раненого? На Севере? Это было хуже любого преступления.
— Что будем делать, Итон⁈ — крикнул Кузьма, его глаза сверкали. — Надо найти их и наказать!
— Да! Наказать! — загудели староверы и старатели. — На Сороковую Милю! Они туда поплыли регистрироваться!
Я покачал головой.
— Нет, не надо туда плыть. Думайте головой! Если Кармак и его люди нашли главную жилу на кроличьем ручье… Куда поплывут все старатели, как только узнают? Из Форти-Майл, из Сёркла? Вверх по Клондайку! К ручью! Они все будут там! И преступники тоже. Уж будьте уверены.
Я сделал паузу, давая своим словам улечься. Потом продолжил, чеканя каждое слово.
— Мы плывем туда же. Сейчас же. Найдем ручей, эту троицу, а заодно… застолбим себе участки. Лучшие.
По толпе прокатился новый гул. Но это был уже гул одобрения, возбуждения. Наказать обидчиков Джима? Да! Найти золото? Да! Застолбить участки? Трижды да!
— Кто со мной⁈ — крикнул я.
— Я! — первым откликнулся Кузьма.
— Мы! — хором заревели староверы.
— И я! — выскочил Артур, его лицо было решительным.
За считанные минуты поселок пришел в движение. Люди бросились собираться. Хватать весла, припасы, ружья. Брать с собой лотки для промывки.
— Кузьма! — скомандовал я. — Организуй людей! Собирайте все лодки, что есть! Проверяйте на прочность! Грузим только самое необходимое! Еду на пару дней, инструмент, оружие! И оставь охрану. Всем уходить нельзя!
— Сделаем, Итон Евгеньевич! — Кузьма уже командовал своими староверами.
Я побежал собираться сам. Взял «Шарпс», много патронов патронов. Свой лоток, лопату, кирку. Мешок с едой и теплой одеждой. Бинокль, компас. И… немного динамита, что привезли агенты ACC на пароходе. Не знаю зачем, но чувство подсказывало, что может пригодиться.
Нас набралось человек тридцать. Староверы, несколько старателей, я, Артур, Джозайя. Джозайю я сначала хотел оставить, но он попросился. Сказал, что Джим — его друг. Да и лоток он держать умеет. Взял его с собой. Разумеется, банноки. Их я разместил на носу и приказал внимательно следить за рекой.
Мы загрузились.
— Отчаливаем! — скомандовал я.
Вышли на Юкон. Течение здесь было сильным, идти вверх по нему — тяжело. Но потом мы свернули в Клондайк. Его воды были светлее, течение слабее.
— Гребем! Все! По очереди! — зычно крикнул Кузьма.
— Меняемся каждый час — подтвердил приказ старосты я
Погребли. Ритмичный скрип уключин, плеск весел. Лодки медленно двинулись вверх по реке, в сторону восходящего солнца.
Пройдя пару миль, мы заметили на реке движение. Лодка. Небольшая, с тремя людьми. Я узнал одного из них. Олаф Андерсен! И его приятель Дэйв.
— Олаф! — крикнул я, подгребая ближе. — Ты куда? Не в ту сторону гребешь!
Он поднял голову. Удивленно посмотрел на наш караван — семь лодок, полных народу.
— Итон! Вы куда такой толпой собрались⁈
— На Кроличий ручей! — крикнул я. — Там золото! Много! Самое первое на Клондайке! Поварачивай назад!
Глаза норвежца расширились. Но не только от моей новости. Он привстал в лодке, показал пальцем в сторону Юкона. Я обернулся.
Внизу, на слиянии Юкона и Клондайка, в свете восходящего солнца, разворачивалось невероятное зрелище. Сотни точек. Сотни лодок. Маленьких, больших… Они шли вверх по Юкону. Из Форти-Майл. Жители поселка, узнав о золоте, ринулись сюда.
Начиналась гонка.
Олаф с Дэйвом ринулись сели за весла, пристроились нам вслед.
Гребли изо всех сил. Час, другой. Руки устали, спины ныли. Но мы знали — те, кто идут за нами, гребут еще быстрее. Там старожилы. Они сильнее нас. Это была гонка за удачей, за участком, за богатством.
Пройдя три острова, о которых говорил Джим, мы начали высматривать ручей. Правый берег, полдня пути… Уже должен быть!
— Вон! — крикнул Кузьма, указывая на небольшую расщелину в высоком, поросшем лесом берегу. — Там ручей!
Действительно. Невзрачный, узкий ручей, скрытый в тени деревьев, впадал в Клондайк. Его устье было небольшим, каменистым. Не похоже на место величайшей золотой находки.
Мы свернули в него. Вода здесь была чище, холоднее, но очень мелкая. Грести стало невозможно. Мы выпрыгнули из лодок, таща их за собой на веревках. Ручей петлял, извивался между деревьями, по каменистому руслу. Берега — крутые, поросшие мхом и кустарником. Узко. Неудобно.
