После чего встал, с неудовольствием чувствуя, как от слабости подрагивают ноги, и, побросав в сумку вещи, поспешил уйти до того, как темная начнет задавать вопросы или кто-то из светлых перехватит меня по пути.
В столовой я тоже не задержался, не желая сталкиваться с возбужденно переговаривающимися однокурсниками. Пусть обсуждают этот непонятный эпизод самостоятельно – свое драгоценное время я тратить на это не намерен. Набрав на раздаче полный поднос еды, я быстро проглотил все, что влезло, остальное рассовал по карманам и исчез до того, как кто-то вознамерился меня потревожить.
На последний урок, которым стала пространственная магия, я заявился уже перед самым звонком. Снова уселся за дальнюю парту, притулившись под каким-то разлапистым лопухом. На однокурсников не смотрел. По сторонам не таращился, хотя в кабинете было много увлекательных картинок на стенах и всяких непонятных штуковин на стоящих вдоль стен стеллажах.
Окинув изучающим взглядом вошедшего преподавателя – совсем еще молодого светлого, который, судя по всему, не так давно покинул школьную скамью, – пренебрежительно фыркнул. А услышав его имя (парнишка представился как мастер Тадеуш Свим), вовсе отвернулся – мальчик был из «самородков»[16], поэтому особого интереса для меня не представлял. Его смазливая физиономия, на которую тут же с любопытством уставилась женская часть нашего курса, не вызывала ничего, кроме глухого раздражения. А уж предмет этот я мог бы вести самостоятельно, не утруждая себя подготовкой.
Правда, пока «учитель» смущенно улыбался и всячески демонстрировал неуверенность в собственных силах, мне в голову пришла еще одна интересная мысль. Поэтому, как только молодой человек закончил лекцию, я стремглав кинулся обратно в лаборатории, спеша успеть до того, как у некроманта начнется следующий урок.
Когда я, запыхавшись, влетел в открытую дверь, в аудитории по-прежнему горел свет. Парты еще пустовали, поскольку старшекурсники, у которых занятия длились на два с половиной часа дольше, чем у нас, свои места занять не торопились. Трупа на секционном столе уже не было. Да и клетка была поднята под самый потолок, красноречиво свидетельствуя, что я безнадежно опоздал.
Досадливо поджав губы, я все же решил взглянуть на место происшествия поближе и, пользуясь тем, что мэтр Кромм куда-то вышел, прокрался в аудиторию. Мельком покосившись на вторую дверь, которая вела в подсобное помещение и была приоткрыта, бесшумно подошел к секционному столу, по очереди ощупал металлические фиксаторы. Нашел на всех без исключения следы повреждений и недоуменно нахмурился. А потом провел кончиками пальцев по внутреннему краю разрыва, не понимая, как какой-то дохлый мужик мог с такой легкостью повредить железную основу, заговоренную специально под мертвяков, и замер.
Так… мне показалось или край с этой стороны выглядит чересчур ровным?!
Я склонился над столом и еще раз оглядел подозрительный браслет. Сомнений не было – его кто-то умышленно испортил. Более того, это кто-то оказался предусмотрительным – такие же следы я нашел на цепях, ведущих от фиксатора к основанию стола. Примерно в одном и том же месте, которое, если хорошенько подумать, было самым слабым в конструкции.
Вопрос лишь в том, кто это сделал? И зачем?
Внезапно услышав невнятный шум в подсобке, я замер и настороженно прислушался. Различив раздраженные голоса, один из которых принадлежал старому мэтру, собрался по-тихому удрать, пока меня не застукали, но потом любопытство все же пересилило, и я на цыпочках подкрался к приоткрытой двери.
– Почему ты явился так поздно? – холодно вопрошал у кого-то мэтр Лонер, явно находясь в состоянии крайнего раздражения. – Я дал тебе сигнал. Переговорный амулет был исправен – я проверил.
– Я пришел, как только смог! – не менее раздраженно ответил ему молодой голос. Какой-то парень… незнакомый… которому определенно не нравились эти упреки.
– Ты должен быть явиться незамедлительно! Понимаешь?! Не-за-мед-ли-тель-но! Сразу, как только я дал знать, что возникла проблема!
– Но я не мог все бросить и уйти с занятия! Учитель, у меня тоже есть уроки! Вы сами на этом настаивали! К тому же это была практика по демонологии! Как я мог разорвать круг призыва и бежать сюда, не будучи уверенным в том, что вызванная адептами тварь не удерет по их вине на свободу?! Вы же знаете инструкции!
– Еще бы! Сам когда-то их писал!
– Так в чем я тогда виноват?! Я действительно пришел, как только смог…
– Но могли погибнуть дети! – не сдержавшись, рявкнул во весь голос старый некромант. – Понимаешь, что это значит?! Адепты вполне могли погибнуть прямо на занятии! Из-за нашего недосмотра!!
– Но я же не знал, что у вас все так серьезно!
– Я что, давал тебе когда-нибудь повод в себе усомниться? – Голос старого мэтра окончательно заледенел.
– Нет, учитель, – вдруг судорожно сглотнул молодой. – Нет. Простите… но и демона без присмотра я оставить не мог. Вы же понимаете…
– Ты видел труп, – сухо обронил Лонер, – и утверждаешь, что не готовил его к этому уроку?
– Да, – тихо согласился его собеседник.
