– Один есть, – улыбнулся Виктор, – и я понял, что ему выгодно сдаться. Избивают они только тех, кто сопротивляется. Там с Дашей и Катей они просто перегнули палку. Остальных они действительно куда-то уводят. Может быть, правда, в безопасное место. Наверху ведь явно не то что, было, когда мы спускались сюда.
– Только скажи хотя бы себе честно, что это обдуманное решение, а не назло мне.
– Я не уверен, поэтому и спрашиваю: почему ты так рвешься на Комсомольскую?
Пустовалов насадил кусочек яблока на нож и посмотрел на него.
– Ты прав и тот старик тоже. Но он прав еще в одном – там у меня есть шанс. Я убил слишком много, и рано или поздно они узнают, что это был я.
Виктор кивнул, продолжая вертеть пачку денег в руках.
– В твоих словах есть логика. – Согласился он. – И пятьдесят тысяч евро это много. Для тебя это небольшие деньги?
– Это часть денег человека, которому они больше не нужны.
– Если этот пипец только здесь, я мог бы сосредоточиться на учебе. Мне надоело быть троечником. И до Комсомольской не так много осталось. Знаешь, у меня есть предложение.
– Какое?
– Если там мы встретим гермодверь, или что-то такое, что у меня получится открыть, то я смогу рассчитывать на еще одну такую пачку?
Пустовалов засмеялся.
– Я спрашиваю не просто так. Я хочу, чтобы наши цели совпадали.
– Из тебя выйдет отличный эгоист, Виктор. По рукам!
Выстрелы зазвучали неожиданно, и Пустовалов, привыкший к тишине, даже не сразу понял, что в них такого странного. А когда понял, на душе стало веселее.
Они вышли на станцию и укрылись за ближайшим пилоном.
Из центрального зала дул ветерок, но статика теней приевшегося полумрака не вызывала настороженности. Укрытый темнотой, Пустовалов без опаски всматривался в дальний портал туннеля, куда они должны были отправиться на Красные Ворота – последнюю станцию перед Комсомольской.
Наконец, взгляд уловил движение. Первая фигура миновала световой обруч. Пустовалов узнал Катю. Когда из туннеля выбежали Харитонов и Даша, их узнал и Виктор, но он ничего не сказал, что вызвало у Пустовалова улыбку. Троица их старых знакомых бежала прямо на них.
– Они явно не намерены сдаваться. – Заметил Пустовалов. – Что будем делать?
Как он и ожидал, Виктора застал врасплох этот вопрос, но он сумел удержаться в своем новом амплуа.
– Пропустим, они уведут за собой преследователей и освободят нам путь.
– Ответ неверный, – не согласился Пустовалов, – они бегут оттуда, куда мы собираемся идти.
– Могут знать что-то важное?
– Верно.
– Значит помогаем?
Пустовалов кивнул. Виктор тут же ринулся вперед, но Пустовалов схватил его за плечо.
– Дождись, когда будут рядом, а то напугаешь.
Когда звуки шагов и тяжелое дыхание приблизились, они вышли из-за пилона и Катя, бежавшая первой, чуть не упала в обморок от испуга.
Помогая беглецам забраться на платформу, Пустовалов постоянно следил за аркой туннеля под мертвыми электронными часами, но преследователи там так и не появились.
– Ты еще тут, прощелыга? – Прохрипел Харитонов, забираясь на платформу, как тюлень на берег.
– Признайся, ты ведь рад. – Улыбнулся Пустовалов.
– Даже не представляешь…
– От кого удираете?
– Все от тех же…
Даша и Пустовалов обменялись взглядами.
– Ладно, погнали за нами.
Для укрытия Пустовалов выбрал ближайший торцевой переход в главном зале. Три неработающих эскалатора уходили вниз, на полпути Пустовалов замер прямо посередине одного из них.
– Тихо, – сказал он, прислушиваясь.
Вдалеке прозвучала короткая автоматная очередь. Слишком далеко для преследователей, подумал Пустовалов. Его глаза встретились с глазами-льдинками.
– С вами был еще кто-то? – Спросил он.
Девушка покачала головой.
Пустовалов повернулся к Харитонову.
– Ты узнаешь эти выстрелы?
Харитонов сдвинул брови.
– А что?
Пустовалов покачал головой.
Они прошли по короткому переходу, свернули налево и спустились еще ниже. Перед ними открылось темное пространство с рядами вогнутых пилонов.
– Что это?
– Сретенский бульвар, – устало сказала Катя, присаживаясь на корточки у ближайшего пилона.
– Отсюда можно выйти на Комсомольскую?
– Нет.
– Люблинская ветка даже с кольцевой не пересекается. – Подтвердил Виктор.
Пустовалов решил переждать здесь. Их старые знакомые выглядели смертельно усталыми. Даже Харитонов был непривычно молчалив.
Они рассказали, что после того как их пути разошлись, они перешли на Сокольническую ветку и без проблем прошли почти всю линию. Только на Кропоткинской им пришлось перейти на соседнюю ветку из-за голосов в туннеле и на Лубянке спрятаться в сбойке от пары головорезов, ведущих пленников. Пассажиров встречалось все меньше – похоже, эта армия головорезов действительно собрала почти всех. Загадкой оставалось, что творится на удаленных станциях, но Пустовалов предпочитал не забивать этим голову, помня о том, что они видели с Виктором, когда подходили к Фрунзенской. Даша подтвердила, что выстрелов они тоже почти не слышали. В конце концов, именно поэтому они расслабились и в туннеле перед Красными Воротами не заметили, что подобрались слишком близко к головорезам. Их было точно не двое как обычно, а «гораздо больше».
