Виндман достал влажную салфетку и вытер руки.
– Значит все? – Вздохнул он.
– Идея была отличная, – попытался приободрить его Яков, – но мы не можем перекопать пол-Москвы. Макаров дал нам одну попытку. Не получилась. С нас никто не требует. Переходим к новой зацепке. Разве не так строится работа?
– Ладно, что там за зацепка?
– Надо допросить одного гаишника. Деталей мало, но что-то связанное с Даникером.
– Да что такое это «даникер»?
– Фамилия командира группы спецназа, который пропал во время штурма. Он… Ты слушаешь?
Борис смотрел в колодец туннеля.
– Жарко там…
– Чего?
– Да, я понял, – Борис поднял на Якова невидящий взгляд, – съездим.
– Хорошо, я только помою руки. Встретимся у машины.
Когда Яков мыл руки, в туалет ворвался испуганный Ткаченко.
– Там… Ваш коллега, он….
– Что?
– Он, кажется, сошел с ума. Он разделся и…
Яков отстранил Ткаченко и вернулся в подвал. Виндмана нигде не было, только на полу валялась его одежда, а из туннеля раздавались звуки ударов.
Яков спустился в туннель, освещаемый только ручным переносным фонарем, поставленным на табуретку. За ней раздевшийся до трусов Виндман долбил лопатой туннель.
– Эй, придурок! – Крикнул Яков.
Борис обернулся.
– Я тут подумал, – сказал Виндман, блеснув горящим взглядом, – наша главная проблема в том, что мы неэффективно расходуем время.
– Чего, блин?!
– Ты можешь сам допросить этого хрена, – сказал Борис, возвращаясь к работе, – а я продолжу здесь.
Яков выдохнул и покачал головой.
Наверху его немедленно атаковал владелец.
– Оставьте ключи, работа продолжается, – устало сказал ему Яков.
– Но… но… Строители же уехали. Да и работать по ночам нельзя! А если жильцы вызовут полицию? А если его засыпет?! Он же не профессионал! – Тараторил Ткаченко.
– Оставьте ключи, – сердито повторил Яков.
– Хорошо, – смирился директор, – оставлю на столе.
Когда через два часа Яков вернулся, то обнаружил настежь распахнутые двери, темноту и что больше всего настораживало – абсолютную тишину.
– Борис! – Позвал он.
Никто не отозвался.
Казалось, Виндман окончательно съехал с катушек и сбежал, позабыв про одежду. Яков набрал его номер и сразу услышал приглушенную мелодию где-то внизу. Спустившись в тайный подвал, он увидел на первом же стеллаже телефон Виндмана.
– Эй! Ты тут?!
Никто не ответил. Яков не мог найти выключатель, скудный свет падал только через верхний люк, но его было достаточно, чтобы увидеть черное пятно в торце подвала с очертаниями куч извлеченного грунта.
– Псих! – Крикнул в сторону провала Яков и посветил туда телефоном. – Ты живой?!
– У меня для тебя сюрприз, – прозвучал за спиной голос так близко, что Яков вздрогнул от неожиданности.
Борис сидел на табурете в двух шагах, в одних трусах и улыбался.
– Черт тебя подери!
Безумная улыбка стала шире.
– Ты нашел. – Догадался Яков.
Борис с пугающей проворностью соскочил с табурета и прыгнул в темноту.
– Идем, покажу.
Виндман включил фонарь, и они спустились в туннель. В конце туннеля за грунтом сияла выпуклая гладь.
– Это бетон, – сообщил Виндман, – я проковырял внизу и наверху. Там то же самое.
– Стена… – сказал Яков.
– Именно. И она закругленная.
– Что там?
– Скоро узнаем. Надо раздобыть дробилку.
– Завтра я поговорю с Макаровым.
– Сегодня!
– Уже ночь, ты хочешь, чтобы жильцы вызвали полицию?
– Я не псих. Окей, ну по крайней мере, не в такой степени, в которой ты воображаешь. Поговори с ним сегодня, чтобы рабочие были здесь уже утром.
– Ладно, а ты что?
– Что?
– Оденешься или будешь тут ночевать?
Борис ухмыльнулся и полез наверх. Пока он одевался, Яков рассказал о беседе с гаишником.
– То есть командир спецназа вышел на связь с гаишником по обычной рации? Это точно не розыгрыш?
– Он назвал его фамилию.
– Этого мало.
– Даникер.
– А, точно. Редкая фамилия.
– Подполковник Даникер. Он так и представился. И голос похож. Но простой гаишник не может его знать.
– И он сказал, что он в метро и его кто-то преследует?
– Да и просят прислать подкрепление на Комсомольскую.
– Его прислали?
– Отправили патруль.
– И что там?
– Да ничего.
– На Комсомольской, значит?
– Чушь какая-то.
– Что еще?
– Это все, связь оборвалась. Больше он на них не выходил.
Виндман надолго задумался, глядя в пол, пока его не окликнул Яков.
Борис поднял взгляд.
– Сегодня точно не получится?
– Что не получится?
Яков скептически сдвинул брови.
– Ладно, поехали отсюда, – Борис схватил ключи со стола.
Наутро воодушевление Бориса в буквальном смысле разбилось о стену.
Рабочие пришли в полвосьмого утра, очистили стену от грунта и расширили пространство перед ней. Борис с Яковом увидели идеально гладкую поверхность с едва заметной кривизной, как будто бетонную стену сюда монтировали совсем недавно. Никаких швов и перемычек. Прибор показал среднюю прочность и рабочие обнадежили, что выпилят в ней полноценный проем за полчаса. Для выпиливания проема решили использовать мощный бензорез с алмазной цепью.
