С раннего утра Виндман сидел за компьютером, погрузившись в изучение жизни Сергея Михеева – такой же скрупулезно продуманной и фальшивой как интерьер его квартиры. Борис считал, что роль усредненного образцово-показательного мужчины – эдакого незримого героя журнала GQ, Михеев играл чересчур старательно. Для лучшей маскировки создателю этой жизни не мешало бы добавить пару мелких реалистичных штрихов. Попытку наблевать на капот полицейской машины или букет парковочных штрафов, например. Но Сергей Михеев – крепкий спортивный мужчина тщательно соблюдал жизненный распорядок отведенной ему роли: приезжал на работу в одно и то же время, трижды в неделю бывал в фитнес-центре с бассейном, ходил на свидания с одинокими женщинами своего возраста, посещал презентабельную проститутку и массажный салон. Пил он только пиво не чаще раза в две недели и не более одной кружки. И все же кое-что выбивалось из этого усредненного образа. У Сергея Михеева не было друзей. Впрочем, это не удивляло Виндмана. Друзья – самый дорогостоящий реквизит в имитации жизни.
Последние полчаса Яков стал слишком часто отвлекать на себя внимание. Дважды он выходил и возвращался с какими-то папками, которые громко швырял на стол Борису, а теперь шипел от боли, тряся кистью, потому что переусердствовал с эспандером.
Борис оторвался от созерцания лысины Михеева, снятой на камеру, с фронтона здания на Земляном Валу и вопросительно уставился на Якова, который морщился и потирал запястье.
– Слушай, – сказал Яков, будто только этого и ждал, – как думаешь, она еще жива?
Виндман скривился и перешел на вкладку эксель-файла, в котором Кудинов систематизировал все места, посещаемые Михеевым.
– Ты серьезно?
– Хочешь сказать, что вообще не думаешь об этом?
– Яша, что тебя беспокоит?
– Расстояние.
– Расстояние?
– Между пропавшей девочкой и рентгеном, который даже не факт, что был агентом.
– Не знал, что ты знаком со сленгом оперов. – Виндман и Яков обменялись взглядами. – Так что ты предлагаешь?
– Я просто высказываю здоровые сомнения. – Яков встал и принялся расхаживать по крошечному кабинету. Его явно переполняла энергия, которой требовался выход.
– Ну и в чем твои сомнения?
– Во-первых, что с тем бандюком в куртке? Его линия как-то повисла в воздухе. А он вообще-то с ней в одном вагоне ехал. Потом эта «Сизиджи». Вот теперь посланец от Макарова таскает документы, но мы ими что, уже не занимаемся? Теперь наша цель этот агент? Но какая связь между ним и пропавшей девчонкой?
Виндман откинулся на спинку кресла и принялся напряженно поигрывать карандашом.
– Я скажу так: если бы они хотели полноценного расследования, то не ограничивали бы нас в ресурсах.
– Но ты же понимаешь, что такое объяснение их не устроит.
– Их никакое объяснение не устроит, если конец будет плохим.
Виндман вздохнул и указал глазами на папки.
– Ладно, что там?
– Копии новых материалов по «Сизиджи».
– Суть?
– Помимо тех «боингов» и «локхидов» – в Домодедово за месяц прибыли пятнадцать грузовых самолетов из Малайзии и Греции. Таможенники получили взяток на миллионы долларов.
– И что?
– Как что? Они везли не оборудование для геологоразведки, а что-то другое.
– Или кого-то. Ну, понятно. – Виндман снова переключился на экран монитора, даже не посмотрев в сторону папок. – Это все не имеет значения.
– Не имеет?
– Ты не забывай, мы не делами «Сизиджи» занимаемся.
– А тот мужик?
– Его не мешало бы проверить, но у нас как я уже говорил ограниченные ресурсы.
– Мог бы мне поручить.
– Ты важнее на основной линии.
Яков усмехнулся.
– Тем, что хожу в магазин за сыром и бумагой для принтера? Лучше бы на тренировку сходил.
– Ситуация может измениться очень быстро.
– Очередной троллинг?
– Опыт.
– Так это он приказывает тебе постоянно сворачивать с главной дороги?
Виндман снова посмотрел на Якова.
Не будет же он рассказывать ему про мелкую визгливую собачонку.
– Ты и твой старший приятель Макаров кое-чего не догоняете. Ты не задавал себе вопрос, что ты тут делаешь, помимо наблюдения за мной? Ведь ты сам даже не следователь. А я довольно средний опер.
Яков задумался.
– Ну что, появились новые вопросы?
– Почему назначили нас, а не более походящие кадры?
Вместо ответа Борис усмехнулся, после чего распечатал файл, присланный Кудиновым, встал и передал его Якову.
– Что это?
– Расписание его жизни.
– И что мне с ним делать?
– Искать контакты.
– Но если он агент, почему не обратиться к генералу?
– Уже обратился.
– Когда?
– Сразу. Через Кудинова.
– И что?
Виндман покачал головой.
– Это значит, что он ни фига не агент.
– Или агент другого ведомства.
– Если он агент, то не спалится просто так. И как мы найдем его контакт, если он сам уже мертв?
– Тебя не удивляет, что частная компания работает лучше ФСБ?
Яков поджал губы и потряс листом.
– Так зачем ты мне-то его дал? Я же вообще-то не следователь.
– Хочу узнать твое мнение.
Яков погрузился в изучение списка.
– Ну, дом исключается. – Сообщил он осторожно. – Открытые пространства тоже. Регулярные места посещений – чем больше, тем лучше. И людей побольше – для «наружки» гемор.
– Логично.
– Ну, вот фитнесс-центр, например.
