Они пересекли дорогу, долго «волчьим» виндмановским темпом бежали по пустырям, мимо гаражей, через дворы пятиэтажек, пока впереди не показался торговый центр и исполинские коробки мертвых производственных строений.
Торговый центр Леруа Мерлен. Только здесь Яков и Борис услышали, что весь город стоит на ушах. Повсюду гудели сирены, кто-то где-то кричал пьяным голосом видимо от нахлынувшего возбуждения. Борис озирался у края стоянки торгового центра. За нею начинался темный пустырь. За ним – забор и огромное здание с черными провалами окон.
– Потеряли, – сказал Яков, скалясь от тяжелого бега.
Борис покачал головой.
– Мы его загоняли, он на это не рассчитывал. Ему нужна передышка. – Борис смотрел на длинное заброшенное здание.
– Он там.
Яков посмотрел на Бориса с сомнением, но тот уже направлялся к забору. Просеменив вдоль него, он, наконец, остановился.
– Следы.
На свежем снегу действительно виднелись следы, с ясным указанием поволоки и выволоки.
– Размер, блин! – Удивился Яков.
– Здесь перелез, – сказал Борис, – подсади.
Яков помог Борису перебраться, и тотчас ловко перебрался сам. Борис, пригнувшись, спешил в сторону торцевого входа. Огни с площадки торгового центра достигали только верхних этажей заброшенного здания, но благодаря выпавшему накануне снегу фигура Бориса была хорошо видна в темноте. Яков догнал его у входа, они шагнули во мрак. В нос ударил запах мочи, под ногами захрустело битое стекло. Лестница вела наверх. Свет падал на площадку выше и верхние ступени перед ней с наметенным снегом, на котором был виден свежий отпечаток большого каблука.
Борис осторожно поднялся на несколько ступеней. Бесшумно не получилось из-за темноты и обилия мусора. Больше настораживала тишина наверху. Борис замер и через мгновение, не разворачиваясь, прыгнул назад, угодив в объятия Якова. Сразу же раздались два оглушительных хлопка, от ступеней отскочили сколотые камешки бетона.
Виндман выхватил пистолет, пальнул, не глядя вверх, ощущая, как адреналин глушит непривычную отдачу. Прислушался. Наверху зазвучал топот. Тяжелый сукин сын.
Только сейчас Борис заметил, что Яков что-то кричит в телефон.
– Заброшенное здание…Возле Леруа Мерлен!
– Там тоже лестница. – Сказал Борис.
– Что? – Яков убрал телефон в карман.
– Беги за ним наверх. Я устрою засаду внизу в следующем блоке.
Яков кивнул и побежал наверх. Сил у него еще было прилично.
Борис свернул в основной зал, стараясь глядеть под ноги, чтобы не споткнуться и прислушиваясь к топоту наверху. Слышимость тут была отличная. На фоне больших выбитых окон мелькали силуэты каких-то станков и сдвинутых шкафов.
Миновав зал, Виндман выбежал на лестничную клетку и тут же услышал выстрел. Перехватило дыхание – он испугался за Якова. Но наверху раздался металлический звон и звук борьбы – настоящей борьбы. Не той уличной крикливой толкотни. Абсолютное молчание, только глухие звуки сильных ударов, и тяжелый резонанс передающей колебания лестницы.
Борис со скоростью рыси взбежал на третий этаж. Великан душил Якова, наседая на него. Душил человека занявшего четвертое место на чемпионате Европы по самбо. Борис нацелил пистолет в верхнюю часть туловища великана – ее скрывал мрак. Свет фонаря со стоянки падал только на искаженное лицо Якова и его напряженные руки со вздувшимися венами, безуспешно пытавшимися избавиться от мертвой хватки.
Поняв, что напарнику каким-то чудом удалось разоружить великана, Борис закричал:
– Отпусти! Стрелять буду!
Ноль реакции.
Борис выстрелил в плечо исполину. Яков захрипел. Он все еще душил его. Борис нажал на спуск еще раз. Он не попадает что ли? Борис подошел ближе, увидел голову. Темная фигура с неожиданным проворством перевернулась с телом Якова, прикрывшись им, и перехватив шею борцовским приемом. Увидев в свете фонаря мелькнувшее безжизненное лицо напарника, Борис перепугался.
Поняв, что великан решает уже две задачи – одновременно убивает Якова и уходит с линии обстрела, Борис, с разбегу прыгнул на них обоих, угодив ногой во что-то мягкое, оттолкнулся, упал в темный зал, откатившись набок, привстал на локте и, увидев в темноте очертания двух голов, не думая выстрелил в ту, что была крупнее. Яков захрипел.
Он все еще душил его. Борис выстрелил еще раз. Руки душителя, наконец, ослабли и, раскинувшись, упали на пол. Огромная голова тоже опустилась, мёртвое лицо повернулось к Борису, попав в область фонарного света. Виндман увидел пулевые отверстия на скуле и виске.
Гаргантюа был мертв.
– Бл.., – выдохнул Борис, падая без сил на грязный пол.
