Однако «зрители», особенно пожилые, смотрели, не отрываясь, и Пустовалов глядя на их застывшие позы, впервые задался вопросом, что вообще делали старики в таком количестве ночью в метро. Он посмотрел направо, где сидела Даша. Взгляд «льдинок» был направлен вниз, на руки. Красивое лицо было печальным и задумчивым.
– А сейчас, – привлек внимание закадровый голос, – как и обещали, мы покажем, что произошло с теми, кому не повезло укрыться в убежище. Хотя кадры мы намеренно выбирали щадящие, людям впечатлительным настоятельно рекомендуем отойти от экрана.
Пустовалов посмотрел на экран. Кажется, впервые фильм заинтересовал его. Зазвучала напыщенно-тревожная музыка, но вместо ужасных кадров, Пустовалов увидел белое полотно киноэкрана, как будто оборвалась пленка. Поняв в чем дело, он криво усмехнулся, но «старички» заволновались. Особенно сидевший у стены лысый высохший столетний старик с крючковатым носом.
– Эй! Товарищ из Китайской народной республики! – Закричал он, так что задремавший за столом китаец очнулся. – Где же кадры с поверхности, как было обещано?!
Китаец посмотрел на экран, затем на девушку. Та что-то сказала ему по-китайски, после чего китаец встал и с более чем угрожающим выражением лица подошел к старику.
Пустовалову казалось, что он как минимум его ударит, но китаец только что-то «пролаял» брызжа слюной.
– Эти кадры настолько ужасны, что было решено отказаться от их показа. – Перевела девушки.
Глухой старик не расслышал.
– Что?! – Прокричал он, подставляя ухо.
Китаец оглянулся на девушку, и в это время дверь открылась и похожие на «омоновцев» охранники, ввели рыжеволосого. Парень был спокоен. Только один «омоновец» его слегка поддерживал за локоть, но не для удержания, а чтобы помочь найти путь – на глазах у парня была окровавленная повязка. Широкая – от верхней границы лба и почти до кончика носа она плотно прилегала к лицу. Заторможенность парня намекала на то, что его чем-то накачали.
«Омоновцы» усадили его на прежнее место и ушли. Парень сидел, не двигаясь как истукан. Пустовалову все это напоминало сон. Может все дело в этом газе? Может эксперимент все еще продолжается? Но в это трудно было поверить – слишком отчетливы были связи, слишком осязаем окружающий мир.
На экране снова появилась картинка, и зазвучал голос диктора – он продолжал вещать, как будто что-то рассказывал все это время, и кто-то просто снова включил звук. На этот раз дешевые 3D-модели демонстрировали схему устройства подземного убежища. Перед глазами мелькали разноцветные геометрические фигуры, кубы, цилиндры, пространства, вентиляционные каналы, сети, лифтовые шахты. Диктор сообщил, что такими убежищами компания «Сизиджи» исключительно за свой счет обеспечила почти весь мир и тот, в котором они находились, именовался «У-4». Диктор не скупился на восхваление «Сизиджи» и ее руководства, выставляя их в прямом смысле спасителями человечества – ну, а как иначе? Суперсовременное убежище обеспечено всем необходимым для поддержания жизни нескольких тысяч людей. Пустовалова больше всего заинтересовала система защиты от вирусов. По словам диктора, убежище представляло собой огромное изолированное пространство на большой глубине, отделенное десятками метров земли, сверхпрочными защитными материалами, включая секретный сплав металлов, наподобие тех, что используют в банковских хранилищах, только еще крепче. Но главное – они находятся настолько глубоко, что выбраться без посторонней помощи извне невозможно. Именно так. Сложная система лифтов была устроена таким образом, что подняться по ним нельзя. Только спуститься. Самостоятельно выбраться из «Убежища» тоже не получится. Система выходов была сложнее египетских пирамид и управлялась специальными помощниками снаружи. Все ради того, чтобы кто-то по собственной воле не мог впустить в убежище опасный вирус. Якобы ради безопасности. Ради безопасности стоило и с пониманием отнестись к некоторым особым мерам пребывания в убежище.
Приятель рыжеволосого, который теперь сидел как «овощ» со своей повязкой, сначала пытался заговорить с ним, затем пару раз слегка толкнул его рукой. Рыжеволосый не реагировал. Китаец за столом снова дремал, скрестив руки и опустив подбородок на грудь. Девушка с подносом у входа попыталась острожными, как бы невзначай сделанными, движениями привлечь внимание друга рыжеволосого и когда он, наконец, на нее посмотрел, она покачала головой. Но друг рыжеволосового либо не понял намека, либо не захотел больше терпеть.
– Да что за дичь тут творится?! Что вы с ним сделали?! Вы знаете кто его отец?! – Выкрикивал он глухим надломленным голосом.
Китаец проснулся и стал агрессивно «лаять», сверкая безумным взглядом. Парень нехотя угомонился. Не потому, что испугался китайца – он его без сомнения боялся, а потому, что не получил поддержки остальных. Остальные молчали.
