– Игорь Николаевич, но ведь я же ни в коей мере не претендую на фонд. Объективно общему настроению, которое я теперь курирую, это только на пользу. Вы и сами знаете, что в моем случае все идет немного нетипично, но ни грамма во вред общему делу.
– Регламентом предусмотрены для вас привилегии.
– Я готов отказаться от части в пользу одного незначительного послабления.
Лицо начальника смягчилось, и Мирзакарим Викторович, который уже понял, что он и не собирался ему отказывать – слишком мал был повод и велика его ценность. Он затеял этот спектакль только чтобы напомнить Мирзакариму Викторовичу кто тут главный.
– Ну, хорошо, давайте поступим так…
Мирзакарим Викторович возвращался в свой жилой блок в приподнятом настроении, которое омрачила лишь старуха каким-то образом, оказавшаяся даже здесь, в святая святых – на девятом этаже. Пока его везли в электротележке, она выскочила откуда-то сбоку, со стороны бассейна и закричала:
– Х..й п..зда!
Многоголосое эхо повторило этот выкрик еще десяток раз и старуха примерно полсотни метров семенила за тележкой, всякий раз озвучивая эти слова снова, как только умолкало многоголосое эхо.
Мирзакарим Викторович хотел было сделать вид, что слова эти адресованы не ему, но по напряженным застывшим спинам охранника и водителя понял, что их накрыл «испанский стыд».
Мерзкая старуха, подумал Мирзакарим, – так и дал бы ей с ноги. Он попытался представить эту сцену – как спрыгивает с тележки, идет к ней уверенным шагом, но вдруг почувствовал необъяснимый страх – понял, что не смог бы этого сделать, даже если бы это ему ничего не стоило.
У дверей в жилой блок его ждал какой-то неприятный дрищ в очках и немытыми волосами из сорта тех неопрятных унылых технарей, которые жутко раздражали Мирзакарима Викторовича еще, когда он работал преподавателем.
– Я к вам! – Сообщил дрищ.
– Кто такой?! – Смерил его властным взглядом Мирзакарим Викторович, хотя должного эстетического эффекта это не возымело, поскольку «дрищ» был существенно выше.
– Я Малек Прыткий из технического отдела. По приказу начальника охраны устанавливаю ПО на все компы. У вас их сколько?
– Четыре или пять. Не помню. Войдите.
Мирзакарим Викторович приложил палец к сканеру, дверь отъехала в сторону, они вошли, и сразу увидели невероятно соблазнительную девушку в коротком морском платье Сейлор Мун. Она сидела на крутящемся кресле у световой панели, имитирующей заснеженные Альпы за окном, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди.
Этой девушкой была Катя.
Малек глядя на нее встал как вкопанный и принялся по-идиотски улыбаться. Взгляд его застыл на ее обнаженных коленях. Катя хмуро смотрела на вошедших.
– Ну, ты чего замер, вон компьютер, – Мирзакарим Викторович хлопнул его по плечу и тотчас пожалел – ему захотелось помыть руки, что он и сделал, отправившись в ванную комнату.
– Здрасьте, – сказал Малек, продолжая лыбиться как семиклассник, – классный прикид.
После этого он с трудом оторвал взгляд от Кати и двинулся к столу в открытом холле, где стоял небольшой ноутбук.
– Катерина, поздоровайся с человеком. Он не простолюдин, между прочим. – Раздался голос Мирзакарима Викторовича.
Катя ответила суровым молчанием и холодным взглядом.
Пока Малек разбирался с компьютерами, которые были расставлены в многочисленных комнатах роскошного жилого модуля, Мирзакарим Викторович вышел из ванной, достал из шикарного черного двухкамерного холодильника благородно запотевшую бутылку «Дом периньон» и налил себе шампанского.
– Не обижайтесь на нее, товарищ техник, – сказал, внимательно оглядывая Катю Мирзакарим Викторович, – дурное настроение прекрасной леди вызвано сложными подготовительными процедурами.
Малек как раз вышел из комнаты, где установил жучок на большой «АйМак»
– Простите за вопрос, – сказал он, смущенно улыбаясь и сверкая очками, – у вас тут что-то вроде тематических игр?
– Ты слишком любопытен, мой юный друг, – произнес Мирзакарим Викторович, тем не менее, заметно оживляясь, и переходя на игривый тон, – а что, ты любишь игры?
– Очень!
Мирзакарим Викторович хохотнул.
– Да ты прямо пионер. Всегда готов?
– Так точно!
Мирзакарим Викторович глотнул шампанского и внимательно посмотрел на Малька, взгляд которого пытался переключиться с катиных ног на него, но его всякий раз, словно магнитом его уводило обратно.
– Но чтобы участвовать в игре недостаточно одного желания…
– А что еще нужно? – Простодушно спросил Малек, не замечая, что Мирзакарим Викторович издевается над ним.
– Нужно быть игроком в душе.
– Так это как раз про меня! – Возбужденно заявил Малек.
– Ого, какой ты… прыткий, – Мирзакарим Викторович расхохотался.
– Впрочем, – посмотрел он на Малька, отсмеявшись, – если тебя помыть, побрить, постричь, причесать…
– Да…
– И одеть в костюм принцессы Мулан…
– Не-не-не, – сообразил, наконец, Малек и снова широко заулыбался, – я не по этой части.
– Но чтобы быть по той части, сначала надо поиграть в этой части. Таковы правила.
Малек замотал головой.
– Простите. Но что-то я вам не верю. Что вы играли в этой части.
– Молодец. Сообразительный малый. Ты ведь штатный?
– Ага.
– Проходил тесты?
