Они вернулись в дом. На столе на этот раз появился свежий апельсиновый сок, тосты с джемом и сливочным маслом, кофе. Но Даше было страшно, ей не хотелось есть, да и царящая на улице ночь не могла заставить ее биологические часы поверить, что сейчас время завтрака. А вот Пустовалов с аппетитом ел.
Прошло часа два, и тьма уже появилась на их небольшом плато. Она шла спокойно, как облако черного дыма, поглощая все. С середины она соединилась с тьмой, идущей от океана, и через час поглотила беседку.
Когда за окном остался только этот черный дым, Даша запаниковала. Пустовалов попытался ее успокоить, но он и сам не знал что делать. Между тем, тьма проникла на первый уровень и забрала гостиную. Пустовалов стоял на ступеньках и смотрел, как она пожирает одну ступеньку за другой, приближаясь к его ногам.
– Она набирается быстрее воды.
– Чердак! – Крикнула Даша.
– Но он же закрыт.
– Попробуй черную карту.
Пустовалов сунул руку в карман и достал карту.
– Бежим!
Приложив карту к сканеру, они услышали писк сработавшего датчика, но ничего не произошло. Пустовалов толкнул дверь – оказалось она просто открывается внутрь, как самая обычная дверь. Войдя, Пустовалов тут же замер. Эта комната совсем не походила на остальные, а Даша мгновенно узнала ее. «Игрушечная» комната из ее сна. Даже круглое окошко было на месте, кролик со сломанным ухом сидел на подоконнике, отрывной календарь на обратной стороне двери и дата та самая – тридцатое июля тысяча девятьсот пятьдесят шестого года, солнечный свет и он.
Амфатн.
Даша захлопнула дверь, из-под которой уже просачивался темный дым.
– Ты узнаешь это место? – Спросила она.
Пустовалов испуганно посмотрел на нее и кивнул.
Тьма стелилась по полу, забирала ноги, подбиралась к животам.
Не говоря ни слова, они шагнули навстречу друг к другу, посмотрели в глаза и обнялись.
И в этот момент тьма поглотила их.
Боевая армада нарядных московских эвакуаторов вырулила из-за «Атриума» и с организованностью японских роботов атаковала запруженную автомобилями обочину. Обеспеченная бездонным бюджетом бесперебойность стремительно разгружала Земляной Вал – место отбывшего с добычей тут же занимал следующий, протягивая к жертве свою металлическую лапу. Возбужденные водители как тараканы выбегали из кофеен и банков, на ходу натягивая куртки, и на удивление скоро полноводная река из машин обмелела, оставив позади себя лишь одиноко сияющий «Рейндж Ровер».
В это время из-за угла, со стороны Курского вокзала вышла необычная троица: Яков с воротником Шанца, Виндман с перебинтованной шеей и высокий старик, похожий одновременно на сошедшего с киноэкрана хрестоматийного мага, и сбежавшего пациента психушки.
Троица спешно направилась к «Рейндж Роверу», из которого им навстречу вылез водитель с лицом хищной рыбы, кивнул из троицы только Якову и протянул ему мобильный телефон. После скупого приветствия все уселись в машину, которая агрессивно помчала их по московским улицам.
В Москве только-только рассвело, небо золотилось, на улице хулиганил утренний морозец, покусывая прохожих, швырялся колючим ветром в лицо, но в салоне было тепло, уютно, приятно пахло кожей и морем из ароматизатора, и только пара натужно шутивших радиоведущих, вносила какое-то нездоровое возбуждение. Объектом шуток у них выступал астероид, по поводу которого НАСА сделала вчера сенсационное заявление. То и дело звучала незнакомая фраза – импактное событие, которая для всех видимо, стала обыденной, как коронавирусная инфекция когда-то. В тревожной словесной избыточности проскочило упоминание Нового года, и Виндман начал вспоминать какой сегодня день. Вероятно, семья уже начала беспокоиться по поводу его исчезновения, особенно отец, но Борису все это казалось далеким и второстепенным. Не было сил удивляться и винить себя, он оправдывался тем, что передал часть контроля над собой мерзкому животному.
Офис «Сизиджи» все также чернел мрачным кубом на фоне укрывшейся снегом Москвы, но в отличие от прежних визитов теперь их встречали гораздо радушнее.
Борис покосился на старика, все еще не в состоянии поверить, что причиной тому стал этот динозавр едва не лишивший его жизни.
В круглое убежище под фонтаном их сопроводил новый местный начальник и какой-то прилизанный субъект в костюме, которого Виндман про себя окрестил «адвокатом». Борис обратил внимание, что пластины сняли, вместо них на полу была голая бетонная стяжка, со штробами под светодиоды и с многочисленными следами бурения. Аналогичные следы были и на стенах.
Старик молча обошел помещение. Его заинтересовали только логотипы компании «Сизиджи» – три латунных круга, перечеркнутые лучом, он попеременно погладил их. Затем подошел к центральному столбику и долго смотрел на него.
Виндман показал, где они нашли труп Михеева.
Старик равнодушно кивнул.
– Что внизу? – Спросил он.
– Четыре метра бетона, дальше грунт. – Громко ответил начальник, будто докладывал кому-то. – По периметру сдвоенные тюбинги в виде колец, получается что-то вроде колодца. Проходов и лазов не нашли, кроме одного.
