Как только Карл окончил войну с самим собой, его внимание приковали странные действия на поляне: в некоторых местах зелёные цветы начинали светиться. Поначалу это было почти незаметно, но с каждой секундой оно становилось всё сильнее и сильнее, пока возможность отличить стебель от лепестка не исчезла. Всё сливалось в яркое, зелёное пятно. А недавно спящее синее растение выпрямилось и подняло свой бутон к самому верху, к чему-то готовясь. Также сделала и остальная высокая растительность, возле которых засветились цветки. Парень тоже поднял свою голову и увидел, что у верхушек высоких деревьев расположилось что-то непонятное, похожее на густую лиственную плёнку, будто бы сшитую какими-то нитями и накрывшей собой весь лес. Было сложно разглядеть это явление, поэтому Карл оставил попытки. Но только он вернул свой взгляд, как сверху послышался писк, пронёсшийся эхом по лесу и режущий слух неподготовленному слушателю. Затем второй, третий и с каждой секундой их становилось всё больше и больше. От таких звуков фиолетовые и красные цветы тоже засияли, но не так сильно, как зелёные. Свет у них был такой, будто они горят изнутри. Затем раздался пробирающий до костей короткий свист. Карл, не видевший за свою жизнь ни единой птицы, прекрасно понял, что ничего хорошего от этих летающих существ ждать не стоит. Уж слишком грубые и недоброжелательные звуки исходили от них, будто через секунду они должны были наброситься на охотника с парнем. Но этого не произошло. Последовало ещё два коротких свиста, а завершил эту мелодию последний продолжительный и самый неприятный свист, заставляющий барабанные перепонки содрогнуться в ужасе. После чего наступила тишина, которая тут же и закончилась. Как по цепочке, по всему лесу раздался писк огромного числа птиц, спустившихся немного ниже. Образовав рой, каждый из них кружил высоко над своими сияющими цветами. Хоть последние и освещали поляну, сложно было разглядеть, что происходило наверху. Эти существа кружились, словно сумасшедшие, постоянно врезаясь друг в друга. Так продолжалось ещё несколько секунд, пока не раздался очередной короткий свист. В тот же миг с неба упало что-то тяжёлое, тёмное и невзрачное прямиком на цветы. Один такой шарик приземлился в десятке метров от травника, прямиком на зелёный цветок. Уничтожив единственный нормальный источник света этой небольшой группки цветов, к ним последовало с десяток-два писклявых птиц, не перестававших издавать свои противные звуки. Размером они были с две ладони. Вытянутое туловище, небольшая голова, короткие толстые лапы, хвост и клюв, очень острый клюв. Это парень понял, когда одна из птиц на полной скорости влетела в прилегающий к земле красный цветок, пронзив его своим клювом. Произошло это за одно мгновение, Карл сначала даже ничего не заметил, но вскоре увидел, что птицу её молниеносность не спасла. За ту секунду, что она доставала свой клюв из земли, красное высокое растение замахнулось и со всей силы ударило по врагу своим бутоном. Хруст и тихий писк были последними звуками этого животного.
Остальные птицы в это время продолжали также отчаянно атаковать цветы, но выглядело это довольно странно. Если первая из них чётко и уверенно влетела в цель, то остальные явно убавили в скорости и меткости. Тогда парень обратил внимание на короткое фиолетовое растение. На его стеблях росли небольшие бутоны. Слегка раскрывшись, они испускали какую-то еле заметную фиолетовую пыль, поднимающуюся к верху прямиком к птицам. Карл, не предавая особого значения месту, где он находится, стал внимательно наблюдать за местной живностью. От такого занятия даже его сердце успокоилось и пришло в норму, а сам травник предположил, что фиолетовый цветок одурманивает птиц. Тогда его внимание пало на другие цветы из той же группки. Те, что были средних размеров, старались вести точечный огонь. У синих цветов с лепестками, на их месте появлялись выпуклости, из которой время от времени резко вылетало некое подобие горящего стеклянного осколка. Красные цветы с бутонами испускали газ, вот только он уже не дурманил, а обжигал влетевших в него птиц. Но самыми простыми и интересными были низкие цветы у земли. Стоило какой-то птице приблизиться, как это красное или синее растение моментально извергало длинный столб пламени. Те, кто попал под этот удар, замертво падали на землю, хорошо поджарившись. Лишь короткие перерывы между такими залпами позволяли нанести удар, но эта группа птиц не воспользовалась такой возможностью. Часть из них сгорала на подлёте, некоторые врезались в почву и моментально прихлопывались бутонами высоких цветов, превращаясь в кровавое месиво. А те несчастные, что были сильно опалены или ранены из-за средних цветов, не могли взлететь. Они лишь с жалостным писком пытались упрыгать на своих лапах подальше от этого места. Но их ждала одна участь: средние цветы отстреливали конечности, не давая птицам двигаться, а высокие подбирали их раскрывшимся бутоном и перетаскивали в центр своей группки, где происходила делёжка жалостливо пищащих хищников.