Гринев, как обычно, сработал четко и даже изящно. Как всегда. Оказывается, он ко всем контейнерам и машине Мансурова прикрепил джи пи эс маячки, так что знал все их хаты и нычки.
Он сдал чеченов с потрохами особистам, действуя через третьих лиц и информаторов. Начались захваты. Кого-то спецназ положил при задержании, других арестовали. Но это были мелкие сошки, которые ничего не знали. Товар тоже захватили. Госнаркоконтроль, наверное, на ушах стоит от радости. Большая партия.
— Мансурова кончили, — доложил начальник службы безопасности. — Вместе со свитой. Отстреливался.
— Отлично, — обрадовался Иванченко. — Так бы на сделку пошел со следствием.
— Не факт, Иван Сергеевич, — ответил Гринев. — Его бы раньше свои кончили еще в СИЗО.
— Ну, добро. Ступай.
Одной проблемой меньше. Мертвые молчат. Зимин велел Панина кончать, но сначала понаблюдать и взять на заметку всех, с кем тот общался. Гринев пока прикрепил к московским гостям наружное наблюдение. Топтуны следили день и ночь, телефоны слушали, распечатки мобильных операторов смотрели. Девке одной еще велели установить «жучки» на хате. В общем, скоро начальник службы безопасности положит доклад на стол.
Серый под самый Новый год вышел на работу. Иваченко обрисовал ему задачу. В первый раз, что ли? Ладно. Значит, недолго ему осталось терпеть рыжего. Все-таки он доверял своей интуиции и чувствовал, что Панин с гнильцой.
— На тебе как на собаке все заживает, — пошутил тот, осведомившись в тот день о его самочувствии. — А? Так, Серый?
— Как на волке, — отшутился тот.
Ему правда было весело. Теперь он знал, что перед ним сидит заведомо покойник, и как-то расслабился. Ну, пусть напоследок еще покуражится.
— А что, правда, что ли, в Корее собак едят? — влез, подначивая, Рябов.
— Может, и едят, — пробасил Иванченко. — Бощитан. В Москве кое-где варят, но в меню его нет. Места знать надо.
Мда. Лучше уж горький взбитый зеленый чай, решил Серый. Собачатину есть, тоже мне придумали!
Вот ведь странность какая. Убийство его не смущало, если оно, конечно, оправдано необходимостью. А вот собачий суп — очень даже. Может быть, потому, что собак он любил и никогда бы не стал стрелять. Они лучше людей.
Инна открыла дверь, и Сергей с начальником вошли внутрь. Сергей поморщился, когда поднял руку, чтобы повесить куртку, но больше ничего не выдало, что он был ранен. Иванченко не стал помогать, так что девушка убедилась в своей догадке.
— Вуф-вуф!!! — выскочила Лора и подала голос.
Незнакомец в доме! Тревога! Хозяйка, ты чего? А, свои? Тогда ладно. Друг Вожака — наш друг. Но обнюхать и порычать для порядка надо.
— Какая псяка боевая, — рассмеялся Иванченко. — Правда, Серый? И щенки, наверное, такие же.
— Разные, — улыбнулась Инна и открыла дверь в ванну, намекая, что надо помыть руки.
После этого гости прошли в комнату, и начались смотрины. В итоге активный, непоседливый Рекс приглянулся мужику и обрел новый дом. Девушка заранее решила, что так и будет.
— Ой, может, не будете прямо сейчас забирать? — забеспокоилась Инна. — Через пару недель. Вы же человек занятой, а его надо часто кормить.
— Есть кому присмотреть, — довольно улыбнулся новый хозяин щенка. — Давай. Переноску я уже приготовил.
Чаю еще попили, и гость уехал. А Сергей остался у нее.
Господи, наконец-то! Как же она соскучилась.
— Ты где Новый год отмечаешь? — спросил он.
— Пока нигде. Дома, наверное. Брат еще придет после своего корпоратива.
— А у тебя?
— Что у меня? — удивилась она.
— Ну, одноклассники, художники, туда-сюда.
Инна рассмеялась, но как-то невесело. По всему выходило, что ей не с кем и некуда пойти. Союз художников гуляет только со своими, при званиях и регалиях. Не с Ником же ей собираться, в самом деле? И не с дядей Мишей. Что касается ребят, то следующая встреча будет не раньше, чем через пять лет. С братом ненадолго пересекутся, но у того смена выпадает как раз на тридцать первое. Заранее отметят или уже потом.
— А ты как отмечаешь? — задала девушка встречный вопрос.
— Никак.
Много лет никак. Обычный день. Все нажираются водкой и шампанским, объедаются, один он как дурак сидит трезвый, смотрит на это стадо и ест мандарины. Пиво же не предлагают. А эту шипучку он терпеть не может. Вечно он вне социума. Спать ложится вовремя, рано встает. И желание никогда под куранты никогда не загадывает.
Только в детстве было что-то такое… такое… Ощущение чуда? Трава зеленее, вода мокрее и конфеты из «набора» под елкой слаще, чем всегда. Но это было так давно, что Серый почти забыл.
— А давай праздновать вместе! — предложила Инна.
— А давай.
— У меня подруга приезжает, ну, ты ее видел, Лилия. С концертом, — позвонила ему накануне Инна. — Давай пойдем?
— Ну, пойдем.
И правда, надо вливаться в общий поток. Все побежали — и я побежал. На концертах он, кстати, не был лет десять. Все дела, дела… Правда, тут попса, и особой уверенности нет, что понравится, но если девчонка хочет, он пойдет. А то она попрется туда одна и опять ввяжется в неприятности. Надо проследить.
Обрадовалась как ребенок, когда он согласился. Уже ради этого стоило сказать «да».
