Художник. Художник… Она художник. И девочка. Почему бы и нет? Вооружившись кисточками и представив, что рисует портрет, Инна действовала очень осторожно. Она наносила аккуратные мазки тона, перекрывала матовой пудрой, клала кое-где блики. Глаза выделила серым так, что они стали огромными и таинственно засияли. И помада — как умела, четко и точно, лишь подчеркнув форму губ.
— Тушь сама, — сунула она упаковку в руки Лилии. — Я не умею.
— Ну, мать, ты даешь! Да ты настоящий визажист!
Певица полюбовалась на себя в зеркало и кинулась целоваться, чуть не испортив готовый макияж.
Серый в это время маялся и бродил по закулисью. Приглядывался. Ему было скучно. Сначала чуть не оглох и пожалел, что не сидели на дальних рядах. Звукоряд тот еще! И музыка. Привязалась, спасу нет. Попса есть попса, и все про любовь.
Снова захотелось курить.
Персонал сновал туда-сюда, собирая реквизит. Этот был финальный концерт перед отъездом. Рядом с толстяком, которого он уже знал, стоял какой-то худощавый, высокий мужчина лет тридцати в узких очках. На вид интеллигент, а на рост — баскетболист. Наверное, не один тренер его в детстве ловил на улице, уговаривая записаться в спортивную секцию.
Почувствовав чужой взгляд, мужчина обернулся. Он что-то спросил у толстяка и подошел ближе.
— Вы с подругой Лилии? — он протянул руку. — Привет. Я Петр.
— Сергей. Да, два билета, — улыбнулся Серый, ответив на крепкое рукопожатие. — Спасибо. Инне очень понравилось.
— А вам? — напрягся собеседник.
— Не особо, — не стал лукавить он. — Но я в такой музыке ничего не понимаю.
Петр откровенно заржал, сбросив маску серьезного, делового человека, и хлопнул Серого по плечу. Тот поморщился. Сразу болью отозвалось в боку.
— Тут и разбираться не надо, — сказал продюсер певицы. — Попса есть попса.
Серый расслабился. Мысли сходятся.
— Зачем тогда все это? — он окинул взглядом окружающее.
— Деньги. Рабочие места, — улыбнулся Петр. — Дело жизни моей.
— Песни тоже твои? — перешел на «ты» Серый.
— Да, а что?
— Ничего.
И подумал: хреновые у него тексты. Ну, не ему судить. Раз это продается и полные залы собирает, значит, он не прав. Большинство же не может ошибаться, так? Х… его знает.
— Что-то они долго, — Серый взглянул в сторону гримерки.
— Женщины, — усмехнулся Петр. — Болтают.
Тут женщины, неким телепатическим чувством уловив, что их ожидают, и терпение сильной половины человечества подходит к концу, появились на пороге. Серый поразился, увидев вместо тридцатилетней наштукатуренной тетки ровесницу Инны. В кафе видел, но издалека. А фото на документы никогда не похоже на оригинал. Равно как и подправленные в фотошопе фото певицы, которые были в досье.
— Ой, вы давно ждете? — мило прочирикала Лилия, захлопав ресницами, и чмокнула Петюню в щеку. — Ну, как все прошло?
— Молодец. Лучше даже, чем вчера. Познакомишь с подругой?
— Инна, — сама назвалась девушка. — А вы Петюня? Много слышала о вас. Спасибо за приглашение.
— Понравилось?
— Очень.
Она промолчала, что не музыка, а сама атмосфера зажигательного праздника. Инна словно приобщилась к другой, более яркой и интересной жизни. Завтра они улетают, и когда увидятся, неизвестно. Повторится ли это вновь?
Продюсер Инны оказался совсем не таким, как она себе представляла. Во-первых, высоким, под стать Лилии с ее модельным ростом. Во-вторых, намного моложе. Даже не верилось, что он уже сделал себе имя в шоу-бизнесе. И, в третьих, он был симпатичным. Даже очки его не портили, скорее, украшали.
Ее, оказывается, столь же внимательно рассматривали.
— А ты как? Давай на «ты». Поешь, танцуешь? — вдруг спросил мужчина.
Серый напрягся. Продюсер, кстати, тоже. Он цепким взглядом сканировал подругу певицы, ожидая ответа.
— Нет, что вы! — засмущалась девушка. — Так, посещала музыкальную школу когда-то.
— Вместе с Лилей, — не сомневаясь, заключил он.
— Да.
— Вокал?
— Нет. По классу фортепьяно, — смутилась она еще больше. — Это Лилия у нас поет.
— Честная, — улыбнулся Петюня и сразу оттаял. — Лиля, можешь ее приглашать.
— Я разрешения должна спрашивать, да? — вдруг окрысилась она. — Да? Совсем уже…
— Пока ты на контракте — да, — жестко, как-то неприятно ответил Петюня.
Лилия сразу замолчала. Инна переводила глаза с одного на другого, пытаясь понять, что здесь только что произошло. Зато Серый сразу понял, что это было. Инну оценили с точки зрения карьеризма и пронырливости. Воспользуется возможностью и знакомством или нет? Как себя поведет? Может, Лилия для нее — всего лишь трамплин в достижении цели? Такое недоверие его не удивляло. Наверняка к продюсеру в очередь выстраиваются, желая сделать карьеру певицы. И то, что Инна называла этого человека женихом подруги, не отменяло того, что на первом месте стояли деловые интересы.
Петр Тюнин славился тем, что может раскрутить кого угодно и что угодно, даже обезьяну. Было дело. Досье на этого товарища было прелюбопытное. Клип с макакой бил все рекорды, а музыка с тропическими вскрикиваниями долго висела в чартах.
— Не ссорьтесь, — сказала Инна. — Из-за меня точно не стоит.
— Ладно, поехали, — сказал Петюня
— Куда? — удивилась она.
