— Здравствуйте, Сергей Викторович, — сказала она.
Инна тоже удивилась. Половина одиннадцатого на часах, она не спит в такое время, но для визита поздновато. Тем более — мужчины к девушке. У них же не свидание? Или… Она посмотрела на конфеты и шоколад, которые лежали на столе. И чай.
— Привет, — сказал гость. — Ставь чай. Я привез. Знаю я тебя…
— А у меня есть, — хитро прищурилась Инна и открыла буфет показать, что не врет. — Какой заваривать?
— Твой, — решил мужчина.
Потом, конечно, он сильно пожалел. Чай оказался зеленым, пакетированным. На вкус как сено. Он этого сена в Средней Азии столько выпил, что в горло не лезло. Не признавал вообще. Пацаны привыкли, хвалили, а он нет. Иванченко тоже любил зеленый и как-то водил зама на японскую чайную церемонию. Серый до сих пор с содроганием вспоминал зеленую пену, взбитую бамбуковым помазком в чашке.
Он заметил, что девушка какая-то дерганая, все время прислушивается к тому, что в комнате.
— Что-то не так? — уточнил он.
— Ой, да… Понимаете, тут Лора, — замялась девушка.
— А что с ней? — гость тоже обратил внимание, что собака не вышла встречать. — Заболела?
— Можно и так сказать, — ответила Инна. — Рожает.
Вот тебе и свидание! Серый замер, обдумывая сложившуюся ситуацию. В деревне собаки щенились как-то сами собой, без посторонней помощи. Вроде, не стоило волноваться. Но девчонка испугана.
— Веди, — сказал он.
Инна отвела его к собачьей лежанке. Лора лежала на боку и при их появлении жалобно заскулила. Мужчина погладил собаку по голове, а другую руку положил ей на брюхо.
— Ветеринару звонила?
— Да, только не берет.
— Дело труба. Ладно, разберемся.
— Да я все купила, что надо. Вот!
Серый порылся в пакетах и обнаружил там целый полевой госпиталь. Чего только не было там! Половина не пригодится, это точно. Ну ладно.
— Постели вон там.
Он приподнял собаку, и она встрепенулась, залаяла, попыталась тяпнуть с испугу, но он цыкнул на нее строго, и она затихла. Инна проворно постелила непромокаемую простынку. Собаку вернули на место, и она завертелась, изучая изменения. Кажется, ей не понравилось, но уходить она не стала.
— Сразу, наверное, не будет ничего, — сказал он, хотя был ни в чем не уверен до конца. — Пойдем чай пить. У тебя вода выкипает.
— А точно?
— Видел однажды. Собака только под утро ощенилась.
Инна немного успокоилась. Значит, время еще есть. Может, утром дозвонится до вета, и все пройдет в его присутствии. Она подвинула ближе масляный обогреватель, чтобы собаке было теплее, и пошла на кухню.
Мужчина пил чай и думал, что романтический настрой уже сбит окончательно. Наверное, какие-то высшие силы против того, чтобы он эту девочку… Не пара они, не пара. Но все равно приятно быть рядом.
Инна уже два раза наливала чай. Сергей Викторович расспрашивал о брате, а еще про ее рисунки. Неужели ему правда интересно это? Она же не гений. Но он внимательно слушал о ее творчестве, как она училась, потом еще на планшете стала рисовать. И как потом это стало приносить деньги.
— А вы рисуете? — рискнула спросить она.
— Нет, и не пробовал. В школе немного. Только черчение хорошо.
Да уж. Карты-схемы еще читать умел. И чертить планы помещений и местности. Надо было — научился. Но вот рисовать не умел. Получались каракули, за которые еле-еле тройку смог получить. Однажды он был на выставке современного искусства в Москве. Там на стенах висели похожие "шедевры", как будто их неумело намалевал пятиклассник. Ни пропорций, ни нормальной штриховки, ни переходов цвета. Перспективы тоже нет.
Некоторые работы вообще! Вот эта девочка с длинными волосами, например. Так вроде рисунок детский, а впотьмах как призрак из телика. Ночью проснешься и заикой станешь.
Элегантные господа и дамы в коктейльных платьях и жемчугах ходили по галерее, пили шампанское и рассуждали о художественной ценности висящих на стенах творений. Когда Серому озвучили стоимость картин, он подумал: что за ***ня! Куда катится мир? Я бы не купил. И дома не повесил был.
Последнее, впрочем, сказал вслух. Его принципал, которого он тогда охранял, рассмеялся и сказал, что тоже такое дома не стал бы держать. Но как вложение денег вполне сойдет.
— Конфеты понравились? — спросил он, хотя и так видел.
Сидит, тянет в рот одну за другой. И шоколадку разломила, все пальцы в растаявшем шоколаде. Когда она, не думая, облизала пальцы, у мужчины все внутри свело. Мысли были совсем не о сладостях.
— Да, очень вкусно.
Совсем невмоготу стало. Она о своем, а он о своем. Каждый в меру своей испорченности.
Вдруг из комнаты раздался скулеж. Инна подорвалась и побежала в комнату. Серый за ней. Лора стояла на четвереньках и часто дышала через рот. Потом легла и отдышалась. Рядом с ней что-то лежало. Она принялась это ожесточенно вылизывать. Когда люди подошли ближе, собака заворчала. Потом продолжила лизать.
— Щенок! — воскликнула Инна. — А вы говорили, утром будет.
— Ну, мало ли что я сказал.
