– А мне сказали, что уже починили.
– Стоит позвонить профессору, – вдруг спохватилась Аня и, пожелав дяде выздоровления, убежала в дом.
Я решил не досаждать раненому и отправился еще немного побродить вокруг. Логически картина никак не складывалась. Подмена принцессы должна была явно преследовать какую-нибудь антигосударственную цель. Но к чему такие сложности, когда вооруженная банда без труда находит члена и императорской семьи и устраивает жестокое и кровавое нападение?
И к чему тогда эти фокусы с Куфиным и Горским? Вот тоже мне, детектив целый! Один убил другого, а потом нашелся еще один убийца. Чего ради? Чтобы Горский не разболтал лишнего?
Тогда непонятно, откуда он взялся. Его не было среди гостей – иначе зоркий полковник непременно обнаружил пропажу. Прислугу разве что никто не проверял. Или же злодей прятался в лесу. Сложно. Пока что все это казалось мне слишком сложным.
А путей решения было немного. Если мне повезет и я смогу остаться рядом с Аней по надуманной или реальной причине, тогда я вскрою истину изнутри. А если не повезет, то единственный способ добраться до истины – через немца фон Кляйстера.
Здесь придется проявить всего себя, чтобы добыть информацию, деньги или добиться чего-то. Но здесь же столица. Возможностей полно, если иметь в кармане приличное количество денег.
Что там упоминал Коняев? Двести тысяч золотом потеряли? Почему бы не отыскать! Так я пришел к выводу, что, в принципе, ничего страшного не происходит и я в любом случае смогу разобраться и в смене настроений этой девушки, и в том, где сейчас находится другая – действительно ли ее отправили вместо настоящей Ани в Баварию.
В голове копились вопросы. Они толкались и рвались наружу. Неудобные, вроде того, как Игорь смог попасть сюда, минуя человека в ломбарде, я старался игнорировать. То, что немца считают человеком излишне опасным – тоже.
Сейчас больше всего мне нужна была уверенность, а не сомнения. Поэтому я нарезал круги по территории поместья, наблюдая за работой трупарей и сыскных. Они постепенно закруглялись.
Аня нашла меня, чтобы сообщить, что успокоила профессора, который от нервов едва ли не без чувств лежал на своей софе и представлял, как его четвертуют за пропавшую принцессу Анну-Марию.
Я порадовался, что Подбельский теперь спокойно перенесет наше отсутствие. Девушка попросилась на кухню еще чего-нибудь перекусить и я отпустил ее. Вряд ли кто-то из прислуги может ей угрожать.
А сам отправился бродить дальше и с удивлением обнаружил, что Сергей Николаевич все-таки выбрался из постели. К этому моменту все остальные гости также разбрелись кто куда, а вот рядом с центральным строением не осталось никого.
Подволакивая одну ногу, чтобы не так больно было шагать, хозяин поместья спешно добрался от гостевого домика до своего кабинета. Мне показалось это странным, но окликнуть его я не решился. Вместо этого лишь посмотрел по сторонам, в надежде, что это видит кто-то, кроме меня.
Но все гости сейчас находились на порядочном расстоянии и вряд ли вообще интересовались чем-то, кроме своих бесед на не имеющие никакого смысла темы. Поэтому мне пришлось следовать за ним самостоятельно.
Анин дядя иногда оглядывался по сторонам, но, поскольку коронеры и сыскные уехали, то увидеть его не мог никто, кроме меня. Нырнув в дом, Сергей Николаевич оставил дверь открытой, так что я прошел сразу же за ним, не издав ни звука.
В зале меня хорошо спрятала одна из колонн, а то, что деревянные полы не скрипели, меня порадовало вдвойне. Младший брат императора прохромал к себе в кабинет и тут же я услышал жужжание телефонного диска.
– Это я, – совсем уж не по-императорски начал он. – Не узнал? Я скоро буду в городе. У нас тут небольшое происшествие. Да… Это мы вызывали. С десяток будет. Пришлось отбиваться… Что? Привезу. Конечно, привезу. А этого… нет? Понял, да. Все понял.
Разговор близился к завершению и я поспешил на улицу, стараясь все так же не шуметь. Может, это мое воображение разыгралось, или Сергей Николаевич не зря вел себя так подозрительно?
Когда он вышел на улицу, я сделал вид, что просто гуляю неподалеку, осматривая место побоища, все еще в пятнах крови. Срезанные кусты дополняли живописную картину.
– Все-таки, пулемет – это отличная вещь. Страшно подумать, смогли бы мы выиграть войну, не будь у нас достаточно оружия, – произнес Сергей Николаевич. – И не говори мне про постель, я не могу в ней больше лежать. Энергия рвется наружу, нужно делать дела! Думаю, что мы можем отправиться в город прямо сейчас.
При этом он еще раз поморщился, машинально схватившись за рану, но затем кисло улыбнулся и положил руку мне на плечо:
– Ничего страшного. Главное, держаться, а то племянница забеспокоится обо мне и никуда не отпустит.
– Мы же заберем ее домой?
– Ведь этого ты и хотел, правда? Отчасти я тороплюсь из-за нее. После утреннего происшествия нельзя быть уверенным в том, что не произойдет еще одного нападения. Простой в нашем случае – неоправданный риск.
