В участке все сразу же переполошились, сперва увидев нас, а потом и услышав историю о нападении. Еще когда мы договаривались, я внимательно всматривался в лица полицейских, не промелькнет ли что-нибудь, указывающее на причастных к нападению на шахту графа. Но нет, безрезультатно. Все чистенькие.
А когда активность закипела в самом участке, я тихо шепнул графу:
– Можешь подкинуть несколько тел в леса, пусть думают, что это та самая банда.
– Я разберусь, не волнуйся, – успокоил меня Новиков. – Пошли поговорим с заключенными, пока есть возможность.
Мы беспрепятственно добрались до камеры и внимательно изучили каждый угол – внутри никого не было. Практически наперегонки бросились к ближайшему столу:
– Где двое, что были в камере?
– А, вы тот барон! – подняв голову, произнесла девушка в форме и отложила в сторону шариковую ручку. – Тех двоих выпустили буквально полчаса тому назад.
– Так, – с плохо скрываемой яростью сказал мне Новиков. – Максим, я прошу тебя разобраться с этим до конца. У меня еще много дел и… – он посмотрел на часы на стене. – И очень мало времени.
Граф наскоро пожал мне руку и убежал, оставив разбираться с новыми проблемами.
В участке суетились все. Местный медик причитал, что уже «сколько лет такого не видывал», а прочие, кто мог, толпились около него, создавая впечатление праздной толпы, а не профессиональных полицейских.
– Послушайте, – обратился я к девушке, которая только что сообщила мне очередную неприятную новость. – А разве у вас нет их данных?
– Мне эту рвань еще опрашивать? Вот еще! – возмутилась девушка-полицейский, демонстративно встала из-за стола и отправилась к остальным поинтересоваться, что случилось.
– Ну околеть теперь! – выругался сыщик. – И что дальше?
– Силу мы сегодня уже применили, – ответил я. – Теперь будем давить властью. Внимание всем! – проорал я так, что вся толпа быстренько заглохла. Некоторые уставились на меня с таким видом, точно я только что к ним вошел.
Я подождал несколько секунд и, убедившись, что я привлек достаточно внимания, продолжил:
– Если вы еще не знаете, кто я такой, представлюсь: барон Абрамов. Прибыл из столицы по поручению императора!
Скажи мне кто три месяца тому назад, что я буду стоять посреди полицейского участка в глухой провинции и орать, что я работаю на императора, я бы налил тому еще стопку и похвалил за хорошую шутку. Нынешняя ситуация на шутку никак не тянула.
После моих первых слов господа полицейские посерьезнели, некоторые перестали смотреть на меня с раздражением, а кое-кто даже обратился к Порфирьевичу – я видел, как тот активно кивал головой в ответ на вопросы. Активно настолько, насколько позволяло его текущее состояние.
– Я буду очень рад любому содействию в моем расследовании, – произнес я уже тише, так как шуметь перестали абсолютно все. Нечасто здесь бывают орущие во все горло бароны. – В камере у вас сидели двое бродяг. Мне нужно знать все, что известно вам. Куда они делись, кто они такие.
– Ведь я вам уже все сказала, – ответила девушка-полицейский.
– Ох, Панфилова! Вечно за тебя все делать надо! – высказался еще один служитель закона. – Господин барон, эти двое бродяг, похоже, искали что-то вокруг города. В земле рылись. При них также были найдены ключи, – полицейский встал и направился к журналу. – Подождите немного, я сейчас все найду.
Может, не все так плохо и эта ниточка нас куда-нибудь приведет? Задавать еще больше вопросов полицейским я не видел смысла. Не стоит давать им зацепок на мою деятельность.
В журнале отыскалась информация о ключе с биркой одного из дешевых отелей на северной окраине города. Адрес мне тоже предоставили. Я посмотрел на журнал, оценил его толщину и рискнул все же уточнить:
– А что вы скажете по случаю с родителями графа Новикова? Может, у вас тоже есть какая-нибудь информация?
– Я тогда еще не работал здесь, – полицейский пожал плечами, хмыкнул и внезапно выдал: – Но я видел за участком еще стоит экипаж, на который было совершено нападение. Если вы хотите осмотреть, то я могу вас туда провести.
– Отлично, – согласился Быков. – Ведите.
Позади участка оказалось немало разного барахла, но красно-коричневый открытый экипаж с уже облетевшей позолотой на резьбе выделялся на фоне этого бардака.
– А почему граф не забрал его себе? – спросил я.
– Он не захотел, но выкидывать это… – полицейский замялся, – посмотрите, даже два года спустя выглядит достойно. Я бы восстановил, но не решался спросить у графа. Щекотливая тема, однако.
– Главное, что мы можем это все осмотреть. Действуй, товарищ сыщик, – и я передал главенство Быкову.
Тот долго кружил, щупал, лазил, пристально высматривал всяческие мелочи. То забирался внутрь, пересаживался с одного места на другое, потом наклонялся и залезал под сам экипаж – большие колеса делали его довольно высоким.
Но длилось все это недолго. Я ожидал, что Алану потребуется не меньше получаса, чтобы осмотреть все, но он управился за десять минут и уверенно заявил мне:
