Из Университета мы выбрались без проблем. Прошли безлюдными коридорами, вышли в фойе, где я еще порывался отправиться в кабинет профессора Подбельского. Шпион дернул меня за руку и выволок наружу.
– Договорились же! – он развернул меня к себе лицом, как только мы покинули здание.
– Мы… – я ткнул в него пальцем, стиснул зубы и, простояв в напряжении несколько секунд, расслабился. – Идем. Отпустило.
Трубецкой выглядел удивленным. Он же не знал, что я вспомнил очередной такой бесполезный выплеск энергии, когда выходил от мэра Вельска. Я лишь взглянул на сбитые костяшки и вспомнил об этом.
Неподалеку от Университета мы поймали экипаж, который отвез нас буквально через пару улиц и остановился напротив здания без балконов. За исключением обилия тематических вывесок вроде «Левин и партнеры», «Юридические услуги с гарантией» и прочих – было ничем неотличимо от жилого дома по соседству.
Я без вопросов поднялся наверх, следуя за Трубецким. Мы остановились на последнем, четвертом этаже, и шпион постучал в одну из дверей. Та не отличалась от трех других на лестничной клетке, за исключением особого кода, который был выбит костяшками пальцев.
Зажужжал механизм. Я услышал, как лязгнули ригели, и дверь приоткрылась. Трубецкой шмыгнул внутрь, а я заметил прежде скрытую за его головой табличку «Виктория Новоселова, посреднические услуги».
Мадам, которая некоторое время тому назад отлично исполняла роль управляющей в моем поместье, на самом деле работала в Третьем отделении. И прониклась историей, что связывала меня и принцессу – иначе какой здравый человек без приказа сверху согласится помогать мне, тогда еще неизвестному никому парню?
– Хорошее прикрытие, – сказал я, когда мы прошли в кабинет, минуя пустой коридор с пятеркой добротных стульев.
– Какое есть! – воскликнула Виктория, широко раскрыв глаза от удивления. Эта мадам была одной из немногих, кто эмоции хорошо скрывал и вообще казалась самым невозмутимым человеком на свете. – Что ты здесь делаешь? – спросила она, немного собравшись с мыслями.
– Я помогаю, – коротко ответил я. – Подробности тебе и так известны.
– Да, – снова задумавшись, откликнулась женщина. Все тот же пучок волос, то же выражение лица. Можно прийти лет через десять и увидеть ту же самую картину. – Что за проблема?
– Нас кинули, – сказал я прежде, чем Трубецкой начал говорить. – А все дело в том, что…
– Подожди с претензиями.
– Претензии? – переспросила Виктория. – К кому? Ко мне?
– К Подбельскому! – сказал я громче, чем ожидал.
– Парень думает, что старый профессор из Университета – наш руководитель.
– Вообще-то Подбельский не так уж и стар – в Императорском на должности дольше семидесяти пяти лет никого не держат, – невозмутимо ответила Виктория. – Но чтобы глава Третьего… Так, ладно, Паш, давай к проблемам более реальным.
Я разочарованно хлопнул себя по бедру, но жест остался незамеченным. Павел в подробностях рассказал о произошедшем на стоянке, не умолчав ни об одной детали.
– С жертвами?
– Да. Порядочно.
– А переговорщики?
– Трое мертвы.
– Двое, – поправил я. – Главного из них я не убивал, только слегка поранил.
– Не лучше, поверь, – губы Виктории поджались, превратившись в узкую полоску. – Итого: половина документов потеряна, половина золота находится неизвестно где, а вторую доставить проблематично.
– Но реально, – вставил я.
– Погоди, – она подняла ладонь, не оборачиваясь ко мне. – Мы можем доставить сейчас хотя бы ту половину? – спросила она у шпиона.
– Можем, – уверенно ответил тот. – Можно арендовать фургон, перегрузить товар и привезти его к ломбарду.
– Идеи насчет второй половины?
– Есть знакомые в местной полиции – они должны помочь. А вот как теперь быть с другой стороной… – он покачал головой.
– С этим уже разберусь я, – ответила Виктория. – Теперь по твоим, как Паша сказал «претензиям». В отличие от него я не так глубоко погрузилась в вашу ситуацию. И не знаю, чем сейчас занимается профессор, и как его можно оправдать или обвинить, поэтому я занимаю здесь нейтральную сторону. Но когда вы вернетесь назад – попробую помочь, чем смогу.
– Спасибо, – улыбнулся я, довольный тем, что хоть до кого-то мне удалось достучаться. – Претензий больше нет.
– Идите уже, – добродушно спровадила нас мадам «посредник». – Время идет.
– Ни разу не мотался между мирами так часто, – заметил Павел, стоило нам покинуть кабинет Виктории.
– В этом ведь нет ничего опасного? – боязливо поежился я, вспомнив фантастику, в которой людей не телепортировали, а клонировали – предыдущая копия при этом старательно уничтожалась.
– Не думаю, в руководстве было бы написано.
– А что, есть и руководство??
– Натурально, есть, – кивнул шпион. – Машина сложная, без инструкций никак. Например, при повышенной солнечной активности не позволяют перемещаться, потому что работа становится нестабильной.
– Точно, все же на электричестве завязано, – пробормотал я. – Интересно, почему наши до сих пор не додумались до этого. Вроде бы все так просто кажется.
