– За поимку награду обещали, – мечтательно произнес капитан. – За всех четверых, если разом – двадцать пять миллионов. Или по пять за каждого.
– Оптом дороже, – фыркнул я. – Живых или мертвых?
– Живых. Наше начальство не горит желанием разбираться в том, кто именно и где сидел. Но конкретных описаний нет, поэтому вся надежда на вас. Свидетелей нет. Записи – так себе.
– Вот поэтому мы поможем тебе, а ты нам.
– Да, конечно. Петрович всегда помогает, – капитан включил ближний и покатил в отделение.
В отделении людей было довольно много, но появление капитана вызвало немало удивления. Евгений Петрович провел нас в свой кабинет, достал из ящика стола ноутбук и раскрыл одну из сетевых папок.
– Подключили всех, поэтому никто свыше, ни ФСБ, ни кто-то еще расследование не забрали – хотя были горячие головы, но начальство между собой договорилось. Поэтому все вносят свой вклад.
– В борьбу за миллионы, – ответил Трубецкой и ткнул пальцем в экран. – Вот это видео покажи нам.
В файле была запись с камеры торгового центра. Не очень четкая, к тому же шел снег и часть фигур не очень выделялась.
– Вот с этими мы встречались, – шпион указал на два внедорожника.
– Они передали вам машины, та-ак, – выжидательно протянул капитан. – Кое-кто из опытных заявил, что они были груженые. Груз – тайна?
– Извини, – пожал плечами шпион. – Но это так.
– Доброта моя бесконечная, господи…
Я похлопал себя по карманам. Это не укрылось от Трубецкого:
– Что такое?
– Монеты. Остались в другом костюме.
– В квартире, я надеюсь? – он мгновенно изменился в лице.
– Нет. У Дениса.
Шпион вдарил по столу кулаком так, что подпрыгнул ноутбук, а Евгений Петрович вздрогнул.
– И ты только сейчас об этом говоришь!
– Я сам только что вспомнил об этом, – виновато отозвался я. – В той ситуации я не подумал…
– В какой ситуации? – подхватил капитан.
– В нашей нехорошей. Парни из второй машины сбежали, прихватив с собой часть данных для обмена, а досталось в итоге нам, – гневно проговорил Трубецкой. – Досталось вот от этих, – он еще раз постучал пальцем по экрану. Он прикосновений во все стороны побежали радужные волны. – А мы понятия не имеем, кто они такие.
– Военные, мне кажется, – ответил Евгений Петрович. – Раненого со стоянки забрали на вертолете, а у нас такой техники нет. Самое главное – в погоню на вертолете они не отправились, хотя на месте оказались почти сразу. Минут пять или десять даже – не больше!
– Нам надо проследить за первой машиной.
Капитан тут же открыл файл. На нем была запись с регистратора – по заснеженной улице мчался огромный «додж», побитый со всех сторон. В машине сидели двое – но ни на одном стоп-кадре четкости не было. Для нас же сомнений не оставалось – Эд и его помощник вырвались из города.
– Где была сделана запись? – тут же спросил я.
– На северо-востоке.
– Не может быть!
– Почему же? – капитан раскрыл карту. – Вы же видели только последний файл. А по цепочке записей мы выяснили, что они проехали во-о-от так, – он провел пальцем от стоянки у торгового центра вниз, через Клязьму и дошел до Южного объезда, где автомобиль свернул вправо.
– Кажется, мы не угадали с поворотом, – пробормотал Трубецкой.
– А дальше они ушли на Пекинку и обошли город с севера, а потом затерялись. Местность там не очень оживленная, населенных пунктов немного.
– То есть, они могут быть где угодно, – обреченно произнес я. – Но нет…
– Что такое? – встрепенулись шпион и капитан.
– Он же нас обманул! Как он ехал – напрямую, не петляя, пробивал себе дорогу в конкретном направлении – к трассе!
– И?
– Мы тогда с тобой подумали, что он выберет знакомое направление, к тому же дорога туда лучше, четырехполосная. А там, куда он поехал – всего две полосы. Зачем рваться с таким усердием, чтобы потом выбрать плохую дорогу?
– Запутался? Психанул? Ошибся поворотом? – начал перечислять капитан.
– Нет, он не такой человек, чтобы сделать подобную ошибку, – настороженно ответил Трубецкой, уловив ход моих мыслей. – К тому же расчет был верен – несколько патрулей переключились на нас. И мы закрепили направление, которое следовало бы заблокировать.
– А они как бы затерялись на северо-востоке. И я уверен, что вояки отследили машину.
– Откуда же такая уверенность? – покосился на меня Евгений Петрович.
– Они ждали нас у нашего автомобиля примерно через два-четыре часа после того, как мы его оставили. Средства слежения есть и на втором автомобиле, так что они точно знают, где находится другой «додж».
– Нам они об этом не сказали! – возмутился капитан.
– И не скажут, – добавил Трубецкой со вздохом. – Они же выкупили у неизвестных разработчиков новую технологию. За две тонны золотом.
– Боже мой! Две тонны! Это же куча денег! Кому столько понадобилось?
– Вот этого мы уже не намерены раскрывать, Жень. Ты хотя бы знаешь теперь, что стоит на кону, и ради чего ты нам помогаешь.
– Ты все усложнил, – последовал ответ. – Да, я знаю, чего ради. Но кому оно идет? Две тонны в золоте могут обернуться нам терактами и прочим…
– Я тебе гарантирую, что этой страны ничего не коснется.
– А другой?
