– Добрый ты, барон, – буркнул Вани, оглядываясь вокруг. – Где у тебя здесь веревка?
– Если бы я сам знал, – я пожал плечами и на миг отвернулся. – В гостиной ее точно нет.
И тут же повернулся обратно к незваным гостям – как раз в тот момент, когда раненый уже наводил пистолет. Ему еще надо было целиться, а я лишь слегка опустил ствол и выстрелил.
Пробитая голова запрокинулась. Я заметил, что последний застыл с рукой за пазухой, боясь пошевелиться:
– Вытаскивай, – приказал я. – Если покажешь пустую руку…
Но тот, держа двумя пальцами, вытащил пистолет.
– Ах ты ж сволочь, – озлобился я и хотел было выстрелить, но колебался.
Решение за меня принял Вани и метким выстрелом отправил последнего из четверки на тот свет.
– И все-таки ты слишком добрый, барон, – он покачал головой. – Зато веревку искать не надо. Теперь во дворец?
– Только пальто надену, – я еще раз посмотрел на бардак в гостиной. – Как-то похолодало.
Документы, которые я также прихватил с собой, мне не понадобились – охрана, махнув рукой, пропустила меня во дворец, даже не спросив, кого я притащил с собой. Вот так и делаются великие дела: тут поверили, тут пропустили. Хорошо, что мы не собирались делать ничего такого.
Душу грело то, что конверт все еще был у меня. Тот самый конверт, который мне так хотелось вскрыть! Идиоты из Третьего, устроившие западню, не прощупали его, спрятанного под свитером за пояс.
По широким, очищенным от снега дорожкам мы добрались до дворца и у первого же попавшегося парнишки-придворного спросили, где искать императора.
– У себя, конечно же, – внимательно разглядывая мои украшения на физиономии проговорил он. – Только его величество сейчас не принимает, надо записаться…
– Ты знаешь кто я?
– Нет, а…
– Новенький? – спросил я чуть мягче, чтобы не слишком запугать пацана.
– Позавчера з-заступил.
– Я – барон Абрамов…
После этого заявления у парнишки округлились глаза, и он тут же сделал шаг назад:
– Его величество упоминал вас довольно часто…
– Так, без церемоний, пожалуйста, я этого не переношу, – поморщился я. – Будь добр, отведи нас к Алексею Николаевичу.
– Сию же секунду, – он бодро развернулся и почти побежал впереди нас.
– Черт, я бы тоже не отказался от такого отношения к себе! – воскликнул Вани. – «Его величество упоминал вас…»
– Учитывая, что нам предстоит делать, тебя он тоже потом будет упоминать. И я тоже.
Парнишка довел нас до двери, постучал, доложил и предложил войти. Я поблагодарил его и проскользнул в кабинет. Итальянец последовал за мной.
Император в полном одиночестве сидел за столом, уронив лицо в ладони. Я еще не видел его таким расстроенным: ни после смерти Главного Казначея, ни после ареста его собственного брата.
По этой причине я не сказал ни слова, а лишь прошел до его стола, сел рядом и дождался, пока то же самое не сделает Вани. Император в это время даже не пошевелился.
– Алексей Николаевич, – тихонько позвал его я. – Ваше величество.
Император шумно вздохнул и потер заспанные глаза:
– Здравствуй, Максим, – грустно произнес он, так что у меня сердце ушло в пятки:
– Все в порядке? – настороженно спросил я. – С вами? С Аней?
– Да со мной все нормально. И девочка моя тоже в порядке. Жаловалась только, что ты пропал как-то надолго и не позвонил ей вчера. Поэтому сегодня она пошла с подругой в университет…
– То есть, кто-то разрешил ей уйти? Решил, что опасность миновала? – я мгновенно закипел, потому что сразу же подумал о профессоре и о том, каким доверием пользуется этот человек у императора.
– Да, Максим, – мирно ответил мне Алексей Николаевич. – Кого ты привел с собой?
– О, простите, ваше величество. Это – Вани. Джованни полностью, фамилию его я не знаю, но этот человек спас мне жизнь прошлой ночью.
– Ты хочешь, чтобы я представил его к награде? – губы императора тронула легкая улыбка.
– Нет, я его привел не для этого. Ситуация более сложная, чем вы думаете и опасность грозит всем нам.
– Что может быть хуже, Максим? – император поднял брови и нервно рассмеялся. – В стране паника! По крайней мере – во дворце. Мертв казначей. Губерния без дворянства. Криминальные разборки в Коврове! Боже мой! – он посмотрел на свои ладони: – все рушится, все валится из рук. Не успеваю схватиться за одно, так сразу же нужно браться за другое!
– Ваше величество! – воскликнул я, поглядывая на итальянца. Император сильно нервничал, а я не хотел, чтобы вера Вани пошатнулась с первого же его появления во дворце. – У всех наших и ваших бед один источник. И вы прекрасно знаете, о ком я говорю!
– Нет, Максим, этому человеку я всецело доверяю! – почти закричал Алексей Николаевич. – И едва ли ты можешь сообщить мне что-либо, что пошатнет мою веру в него!
Я заставил себя успокоиться и вспомнить, что передо мной император, а не какой-то бандит, поэтому и вести себя надо почтительно. Поэтому начал издалека.
– У вас есть газета? С заметкой о происшествии в Коврове? Вы очень удачно упомянули это событие.
