«Его бы сейчас сюда», – невольно проносилось в голове Тани каждый раз, когда она садилась за стол, выходила на пробежку, гуляла по родному городу в одиночестве или, как вчера, на пару с Ксенией.
Два дня назад она попросила провести фотосъемку для бренда нижнего белья в Санкт-Петербурге, а не в Москве, и ей пошли навстречу. Сниматься пусть и в невероятно красивом, но всё же нижнем белье было неловко, но Таня осталась собой довольна. Ей не терпелось увидеть реакцию Громова на эту рекламу, но она выйдет только через две недели. И Татьяне придется немного потерпеть.
Радовало, что уже десятого числа она сможет вернуться к тренировкам.
И к
Вернувшись домой, Таня приняла душ и включила радио, вспоминая, что сегодня там даёт интервью Ксюша…
Евгений застрял в столичной пробке и с раздражением осознавал, что не приедет в ледовый дворец вовремя. Как только Таня уехала, он стал тренироваться в два раза больше. Приходить в квартиру, что без неё вновь стала пустой и холодной, совсем не хотелось. И поэтому всё свободное время он отдавал льду и залу, стараясь измотать себя так, чтобы, приходя домой, засыпать сразу после душа. Однако делать это, учитывая натренированность, было задачей не из легких. И каждый день приходилось проводить в физических нагрузках по шесть-семь часов.
Телефон, лежавший на соседнем сидении, завибрировал, уведомляя о новом сообщении.
Громов шумно и недовольно вздохнул, откидывая телефон обратно на сидение. Было искренне интересно, когда Ксюша, наконец, осознает, что капитаном она была только на время Олимпийских игр. Но упомянутую радиостанцию всё же включил, жертвуя любимой музыкой. Несколько минут Ксения эмоционально делилась с интервьюером своими эмоциями от Олимпийских игр и рассказывала о красотах Канады, которые довелось увидеть. А после интервью прервалось на музыкальную паузу. Громов переключать не стал, рассчитывая дослушать, о чем будет вещать «капитан».
– Началось, – вздохнул Евгений, смутно узнавая одну из песен Валерия Меладзе.
Подобную музыку он не любил, но не заметил, как принялся вслушиваться в слова, узнавая в нежных куплетах… Таню. И неловко, будто был юным влюбленным школьником, опустил взгляд, позволяя воспоминаниям накрыть с головой. Отъезд Тани, их странное, скомканное прощание. И оттепель между ними, произошедшая на катке. И все сотни раз, когда он прижимал её к себе на этом самом льду. И одна единственная ночь, когда он прижимал её к себе так, как давно желал это сделать. Сладкий запах волос и кожи. И эта соблазнительная россыпь веснушек на плечах, такая, казалось бы, совсем не свойственная жгучей брюнетке.
Громов нервно посмотрел на стоявшие впереди автомобили, ни один из которых за несколько минут не сдвинулся с места. Он устало вздохнул, запрокидывая голову.
Слово «любовь» и все его производные казались Евгению слишком громкими. Он был уверен, что настоящей, подлинной любви никогда не видел. И считал, что в этой жизни беззаветно любил только одного человека – маму.
А Таня?..
Таня молодая, легкая, наивная. Она просто поверхностно влюблена в него, едва ли догадываясь о том, что у Громова есть страшнейшая болевая точка, саднящая уже двенадцать лет. И если боль в спине можно было унять блокадой, то эту – ничем. И Таня совсем не догадывалась, что истинная причина бешенства Громова касательно лжи в том, что он сам однажды лгал. И это не дает ему покоя до сих пор.
– Синева-нева-нева… – задумчиво пропел Евгений, грустно ухмыльнувшись. Слова песни будто толкали к Тане и красноречиво намекали на город, что был родным для них обоих.
Таня сидела на диване в гостиной, ожидая наступления трех часов, чтобы пойти встречать маму с работы. Интервью Ксюши закончилось полчаса назад, и Таня уже успела позвонить ей, чтобы поделиться эмоциями.
Скука, одолевшая Таню, за последние месяцы привыкшую жить в постоянном цейтноте, заставила её включить телевизор. На одном канале копались в чьем-то грязном белье, по другому крутили очередной сериал, на главном спортивном обозревали самые яркие победы не так давно закончившейся Олимпиады. Татьяна была уверена, что в этом обзоре будут показывать их с Женей, а потому поспешила переключить. Громов и так всё время стоял перед глазами.
– А мы продолжаем наш хит-парад самых завидных женихов России! – объявил закадровый женский голос.
