— Если ты здесь что-то сломаешь, тебе не поздоровится! — пыталась отшутиться Таня, однако лицо её всё ещё отражало сильный испуг.
— Это всем здесь не поздоровится, если ты не откроешь! Особенно тебе!
Татьяна быстро отошла от двери, положив ладонь на её ручку, на мгновение закрывая глаза и успевая помолиться, чтобы Громов её не убил. Как только она отодвинула шпингалет, Евгений со всей силы дернул дверь на себя, и Таня буквально полетела на него, уткнувшись ему в грудь и уронив кружку, которую всё это время не выпускала из руки.
Когда Таня услышала звук разбившегося стекла, она отпрянула от партнера. Её страх молниеносно сменился гневом.
— Это моя любимая кружка! — закричала она, вызывая у Громова ещё большую ярость. Мало того, что Татьяна врала ему, так теперь ещё и обвиняла его в каком-то пустяке.
— Мне плевать на твою кружку! — буквально заорал Евгений. — Собирай вещи!
— Какие вещи? — внезапно опешила Таня.
— Мы едем ко мне, — продолжал цедить сквозь зубы Громов, стараясь сдержаться и не сомкнуть свои ладони на соблазнительно тонкой шее Тани.
— А меня ты спросил? — возмутилась она. — Я уже сказала, что не буду жить у тебя.
— С каких пор соседство с тараканами и соплежуями стало лучше соседства с партнером?
— Здесь уже давно нет тараканов! — соврала Татьяна, вспоминая, как сегодня утром один из них не дал ей нормально позавтракать. — Разговор окончен, увидимся завтра.
Таня собралась зайти обратно в комнату, но Громов схватил её за локоть.
— Посмотри на себя, — прорычал ей в лицо мужчина, крепко сжимая ладони на её предплечьях, не давая возможности отстраниться и прижимая к себе.
Таня чувствовала своей грудью жар, исходящий от его тела.
— Ты еле стоишь на ногах, у тебя синяки под глазами! Ты не должна жить в таких условиях, Таня! Очнись и начни, наконец, уважать себя!
— Уважать себя? — ухмыльнулась она, начиная сильно дергаться в попытках вырваться из рук Громова.
Однако его физическое превосходство было колоссальным, и Таня не смогла отдалиться от него даже на сантиметр.
— Зачем мне себя уважать, раз я никому не нужна? — продолжала возмущаться она, припомнив партнеру фразу, за которую он получил пощечину.
— Разве я это сказал? — Евгений сильно тряхнул её за плечи, призывая начать мыслить здраво. — Ты нужна!
— Да? И кому же? — ядовито спросила Таня, чувствуя как к горлу подступает ком, а глаза начинает щипать.
— Мне! — неожиданно для самого себя выпалил на эмоциях Громов. — А твой Стас — конченный человек, просравший невероятную девушку и перспективную фигуристку. Это его проблема, а не твоя или моя!
Таня на несколько секунд оцепенела, всматриваясь в серо-голубые глаза Громова. Она не могла понять, какое из этих двух словосочетаний из его уст было приятнее.
— Собирай вещи, я не оставлю тебя здесь, — безапелляционно произнес он, разжимая свои ладони. — Я вызову такси и буду ждать внизу.
Татьяна понимала, что может уже отойти от Громова, но ей не хотелось. Несколько секунд они безмолвно стояли рядом, смотря друг другу в глаза. Они оба успели соскучиться по нормальному общению друг с другом.
— Иди, — хрипло произнес Евгений, заправив волнистую прядь волос Татьяны ей за ухо.
И вся вредность и гордость Алексеевой после этого слова и жеста в одну секунду сошли на нет. Ей захотелось послушаться. Однажды она доверилась Громову как партнеру и теперь доверится ему как человеку.
========== Медали на завтрак, слёзы на ужин ==========
8 января, 20:10.
Всю дорогу до дома Громова фигуристы не разговаривали. Евгений, сидящий на переднем сидении рядом с водителем, чувствовал долгожданное спокойствие. Его перестали занимать беспокойные мысли о том, где живет его партнерша и в безопасности ли она там. Теперь Алексеева будет под его присмотром ещё и вне льда, и это радовало.
Татьяна смотрела на пейзажи столицы, понимая, что они едут через центр. Но когда водитель завернул за Московский «Дом Книги», подъезжая к одному из «домов-книжек» на Новом Арбате, Алексеева не поняла, что происходит. Сначала ей показалось, что таксист повезет их какими-то странными путями, возможно, через дворы, но спустя пару секунд он остановился возле подъезда.
— Здесь? — уточнил немолодой водитель у Евгения.
— Да, спасибо, — Громов оплатил поездку и вышел из машины, помогая сделать это же своей партнерше, которая с удивлением оглядывалась вокруг.
Однако с другой стороны этого дома, которая выходила на одну из самых известных улиц столицы, иллюминация и жизнь кипела куда ярче, чем во дворе. Таня видела, что с одной стороны высотки, у которой они стояли, располагался «Дом Книги», а с другой — красивая белая церковь, которую было хорошо видно из-за её цвета даже когда стемнело.
— Идём? — обратился к Тане Евгений, забрав из багажника её чемодан и сумку.
— Ты живешь здесь? — не сдержалась Алексеева, пока они с Громовым поднимались в лифте на девятнадцатый этаж.
— Да, — безрадостно кивнул Громов, выходя в длинный коридор, заставленный горшками с цветами и разного рода хламом. — И на этом плюсы заканчиваются.
