Я только пожала плечами, а следом заволновалась — надо же, пригласила в дом человека не удосужившись позаботиться об угощении! Мы спешно заказали суши и вполне мило провели вечер за болтовней, где я в основном выступала в роли слушателя. С тех пор Анька непременно пыталась выдернуть меня с собой на обед, то в одно, то в другое ближайшее кафе с формулировкой — хоть раз в день нормально поешь.
— Привет, Ань, — поздоровалась я и начала готовить почву к отступлению: — Не могу, к Борисовне спешу. Не видела она у себя?
Анька, успевшая распахнуть дверь, прикрыла её обратно и заговорщицки спросила:
— Это она тебя вызвала?
— Нет, зачем? — удивилась я. — Мне самой с ней переговорить нужно.
— Ясно, — заключила она, распахнула-таки дверь и безапелляционно позвала: — Идем, сначала со мной поговоришь.
Что-то во всем её таинственном виде подсказывало: мне лучше пойти за ней, и я послушно поплелась, но в душе ещё беспокоясь, что все Анькины ужимки яйца выеденного не стоят, а сейчас просто окажется, что она хотела первая узнать как я провела отпуск. К тому же, выходя, она как бы между прочим заметила «подзагорела», а когда проходили мимо новой сотрудницы, утилизирующей остатки сигареты, недовольным шепотком протянула: «— У-у, всё дымит, зараза!». Это ещё больше утвердило меня в мысли, что Анька просто желает посплетничать, а я как раз удобные свободные уши.
Отказываться от еды я не стала, успела изрядно проголодаться, заказала стандартный бизнес-ланч и приготовилась слушать. Анька начала с меня. Как отдохнула, где была, что видела — стандартный набор вопросов. Отвечала я односложно, в своем духе, её вполне устроило, да и ничего особо грандиозного от меня она скорее всего не ждала. Я особа скучная, закрытая, это всему отделению давно известно, лишь Фомина носится со мной, не иначе как в противовес. У меня сложилось впечатление, что спрашивает она больше из вежливости, а поговорить ей не терпится о чем-то другом, возможно, своем, личном.
— Что у тебя нового? — подтолкнула я её, надеясь не засиживаться до конца обеденного времени.
— Ой, у меня ничего особенного, — отмахнулась Анька. «А чего меня тогда взбаламутила?», возмутилась я, и тут-то она, немного пожевав нижнюю губу, наклонилась ко мне: — Видела новенькую? Ну, черненькая такая, курила у входа.
— Ну, видела и что?
— А то. Вечно ничем не интересуешься, в общественных мероприятиях не участвуешь, я тебе сколько раз говорила, что это полезно, укрепляет корпоративный дух.
— Эти ваши традиционные попойки в «Мадере», укрепляют что ли? — усмехнулась я.
— А хоть бы и они. Тут пошепталась с одной, там с другой. Этими попойками, как ты выразилась, даже Борисовна не гнушается. И заметь ни одну из нас она двигать не стала, а именно тебя, потому что, мы входим в круг, — прочертила она указательным пальцем фигуру на столе и ойкнула. Проболталась. Состряпала сожалеющую глубоко физиономию и протянула: — Блин, вот дура, язык без костей… я ж подготовить тебя хотела. А ты не соглашайся, настаивай на своем, не имеет права! А знаешь, ты трудовой инспекцией ей пригрози, нечего, понимаешь…
— Погоди, погоди, не тараторь. Ещё раз и поподробней.
— Сухова тебя в зал переводить собирается, понимаешь, а твоё место для курвы этой пригрела. Племянница она чья та или дочь, я так и не разобралась пока, родственница друзей, в общем.
Работа в зале означала всё своё трудовое время контактировать с людьми. С разными характерами, с разной степенью воспитанности, с разной гибкостью сообразительности. Напряженная и утомительная. Перевода в отдел я добивалась долго, своей безупречной работой, а не «закулисными» интригами и место было бы терять очень обидно, Анька знала это как никто другой и поэтому так сочувственно на меня смотрела. Но в душе, каждая из девочек в отделе, я уверена, думали: хорошо, что не меня. Однако, то раньше, а сейчас, когда у меня совершенно иные обстоятельства, я так обрадовалась данному факту, что не смогла сдержать улыбку хотя бы ради приличия, ради того, чтобы не разочаровывать трепещущую от жалости ко мне коллегу. У меня даже моментально созрела идея, как обыграть это в свою пользу, чего сроду со мной не бывало. Мастером по извлечению выгоды из ситуаций я не была, даже близко.
— Как же всё вовремя! — вслух восхитилась я, радуясь дополнительному толчку для бесповоротного решения. — Не поверишь, Ань, шла заявление на увольнение писать.
— О-па… Вот это номер! Ну, ты даешь, подруга. Типа в отпуск, а сама стажировалась небось?
— Ты хороший человек, Анька, я тебе адрес черкну, ты приезжай ко мне отдыхать, — я поднялась и заторопилась в банк. Мне уже не терпелось, хотелось быстрее понять выгорит ли мой моментально созревший план.