– Не понимаю, к чему вы клоните. – Эрис оскорбилась.
– Перс, мой Тони и тот невоспитанный зеленоглазый голодранец. Даю голову – они влюбились в тебя. – он цинично и озабоченно рассмеялся.
– Не говорите мне таких мерзостей. – Эрис с отвращением сплюнула в сторону.
Наблюдая за Эрис, Таррос невольно улыбался. Эти мальчишечьи жесты смешивались с невероятной грациозностью. Ее дух боролся с реалиями этого мира. – Я замечаю это в их взгляде. Я мужчина и пойму мужчину.
– И что? Зачем вообще Вы говорите мне о них? – она кипя, негодовала. – Тем более для меня нет никакой разницы между мужчиной и женщиной. Все равны перед Господом. Все одинаково ответят на том свете. – буркнула Эрис, пряча лицо в коленках.
– Равны. – согласился Таррос. – Но у каждого своя функция в этом мире. Когда ты ухаживала за мной, я видел твое женское начало и благодетель. Твои идеалистические взгляды не понятны некоторым. Посмотри вокруг. Посмотри на всё то прекрасное, созданное Богом. На это звездное небо – в нем нет изъянов. Посмотри на себя – на эту красоту, на гармонию души и тела. Но чтоб ты ни делала и кому как бы не доказывала, ты все равно создана девушкой, и Его волю оспорить невозможно.
Пока он говорил, она, тайком косясь, любовалась этим красивым, мудрым, замечательным человеком. Смотря на него, она убеждалась в правдивости его слов о прекрасных созданиях. Ей доставляло удовольствие это немое созерцание. Но она боялась выдать себя. Боялась так сильно, как будто б она воровка в деле – ворует своими осторожными взглядами, и её вот-вот уличат в преступлении.
– Поэтому, учись и ожидай подлости из-за разбитых сердец, раз ты такая неприступная.
– А Вы? Вы тоже? – она пристально нарочно и без стеснения посмотрела на него. Они сидели рядом друг с другом на расстоянии вытянутой руки, или даже ближе. Командир опешил, в голове промелькнула мысль, что он разоблачен.
– Что я? – расстеряно спросил Таррос.
– Вы тоже не понимаете меня? Думаете я – девушка и зря этим занимаюсь? Неужели мне стоит бросить всё, чего добилась, к чему стремилась?
– Ни в коем случае!.. – от его души отлегло, он чуть было не сболтнул лишнее. – Ты мотивируешь дух парней, они думают: "Девчонка может, а мы – нет?!" Но глупцы, им тебя никогда не догнать, я уверен в этом.
– Правда? – она посмотрела своими красивыми глазами с надеждой и каким-то успокоением от его слов.
– Клянусь. – уверил ее Таррос.
– Чем клянетесь? – провокационно спросила Эрис.
– Клянусь святой Марией, таких как ты, наверное, еще не рождалось. – тихо проговорил он, замирая сердцем.
И это была абсолютная правда.
Он сказал маленькую правду, что таится у него в душе. Больше всего на свете сейчас и вообще ему хотелось прикоснуться к этому милому созданию, к ее нежной руке, почувствовать ее тепло, эта красота ее лица, тела и души невероятно сильно дразнили его, такого сильного, в самом расцвете жизненных сил, но он боялся. Он боялся испортить то, ради чего приехал сюда. Он осознавал, что эту девушку взять не просто, даже если она что-то испытывает, не признается. Она солдат. И чувств ее оскорбить не хочет, потому что первый раз в этой жизни влюбился по-настоящему, и это было не просто мимолетное желание, а тяга его сердца быть навсегда с ней.
– Я верю Вам. – Эрис говорила тихо и спокойно, не отводя опасно-красивых глаз. – Не знаю почему… Я не верю даже себе, но Вы с первой секунды завоевали мое доверие. – она была смущена, но все-таки решила это сказать. – Я закрываю глаза на все, что было у вас в жизни. Нарочно. Осознавая. Доверяя.
– Больше всего в жизни я хочу оправдать твое доверие… – тихо ответил он.
Эти две их фразы были равносильны признаниям обоих.
Он видел, как Эрис замолчала, как взволнованно она дышит, отведя взор на землю. И Тарросу хотелось побороть ее стеснение, не хотелось, чтобы с ним она чувствовала себя неловко.
– Ты умеешь плавать? – он перевел тему.
– Нет. – ответила она, серьезно посмотрев на командира.
– Странно, я думал, что умеешь. Такой подготовленный боец, живешь рядом с морем. Надо было не допускать тебя на игры. – пошутил он.
– Я панически боюсь большой воды, знаю – никогда не научусь. – с грустью в голосе ответила Эрис.
– Нет ничего невозможного. Запомни это. А почему ты боишься воды, ведь она дает жизнь? – снова провокационно спросил он, имея в виду совсем другое. Она поняла его намек на союз мужчины и женщины. На признание своей женственности… Она поняла его, но уже просто пожала плечами.
Беседу нарушил пронзительный собачий визг.
– Кто-то попал в беду. – воскликнула Эрис, вытянув длинную шею.
– Надо спасать. – ответил Таррос.
Они вместе побежали на голос.
Они бежали в едином движении, и если б их кто-нибудь увидел сейчас, подумал бы о том, как прекрасно они сочетаются вместе – как прекрасно смотрится эта чудесная пара.
Сириус остался в воде. Он совсем заигрался и не особо заметил их уход.
Настигнув источник жалобного плача, они увидели собаку, запутавшуюся в брошенных рыболовных сетях. Бедняга еле дышала. Ее глаза испуганно горели. Она лежала, абсолютно обездвиженная, даже ее пасть была крепко стиснута.
