— Почему ты все-таки думаешь, что это как-то связано с За? — спросила я Туату, отводя взгляд и стараясь не прокашляться.
— Никто из детей не пытался покончить с собой до того, как они добрались до набережной, и только у четверых из них были при себе телефоны. Из этих четверых только двое активно транслировали что-либо на платформу социальных сетей. Люди делились видео, снятым случайными прохожими, и я видел, как дети обсуждали возможность превратить это в онлайн-соревнование. Это только вопрос времени, когда они начнут появляться с селфи-палками и камерами в руках, чтобы показать это на спор.
— А как насчёт парня, к которому ты ходил?
— Это самое главное, — сказал Туату, покусывая нижнюю губу. — Либо он гораздо лучший лжец, чем некоторые преступники, которых я встречал, либо он ничего не помнит после того, как сел в судно, пока не ударился о воду.
— Ты сказал, что есть записи?
Я удивлённо взглянула на Зеро. Обычно он был не из тех, кто спрашивает о записях или о чём-либо, что могло бы быть полезным, но касалось человеческой стороны вещей. Обычно он был более склонен посылать Атиласа, чтобы тот попытался сделать что-нибудь хитрое с помощью магии поиска сущности, или Джин Ёна, чтобы тот попытался что-то вынюхать на месте преступления. Или отправлялся туда сам и пытался что-то выяснить.
Детектив тоже выглядел удивлённым, но ответил:
— Да, несколько. У меня есть копии всех тех, что вошли в моду, но есть ещё несколько доступных. Вам нужны все?
— Я полагаю, не копии, — сказал Атилас. — У нас произошла… авария с нашим компьютером. Может быть, ты будешь так добр показать нам, что у тебя есть?
Туату открыл рот, покачал головой и снова закрыл его. Вместо этого он достал свой телефон и сказал:
— Я даже спрашивать не буду. Здесь. Посмотрите сами: первый пример — просто пример, как они действуют, но вам он, вероятно, тоже понадобится.
Он положил свой телефон на кофейный столик, затем нажал кнопку воспроизведения на блестящем экране смуглым пальцем с розовой подкладкой и откинулся на спинку стула рядом со мной. Напротив нас оба, Зеро и Джин Ён, подались вперёд. Было облегчением видеть, что внимание Джин Ёна сосредоточено на чём-то другом, а не на мне, но он всё равно позволил своему взгляду скользнуть по моему лицу, словно тёплому солнечному лучу, медленно и задумчиво, когда он наклонился вперёд.
Детектив Туату бросил на меня косой взгляд, который я постаралась проигнорить, и Джин Ён, должно быть, заметил его, судя по тому, что он мельком взглянул на свой правый клык. Атилас, со своей стороны, слегка наклонился, чтобы заглянуть поверх чашки, и задумчиво уставился на экран телефона, пока шло первое пятнадцатисекундное видео, сопровождавшееся яркой вспышкой цвета и звука.
Зеро смотрел на него, пока оно не закончилась, и я с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться. Судя по выражению лица Туату, у него была примерно такая же дилемма, хотя я предположила, что именно состояние ребёнка, с которым он был сегодня утром, удерживало его от того, чтобы поддаться порыву.
— Что, — спросил Зеро, понизив голос почти на целую октаву, — это было?
— Это ребёнок танцует и подпевает под песню, — услужливо подсказала я. — Они загружают это видео в то приложение, как оно называется?
— Click-Clock или что-то в этом роде, я полагаю, — сказал Атилас, удивив меня больше блеском веселья в его глазах, который свидетельствовал о том, что его заявление было тонкой шуткой над его собственным статусом дедули, чем тем фактом, что он, очевидно, точно знал, о каком сайте мы говорим. — Без сомнения, это отсылка к ужасающему шуму на видеозаписях.
— Почти угадал, Дедуля, — сказала я. — Это, блин, впечатляет: у тебя где-то ещё спрятан компьютер?
— Вовсе нет, — ответил Атилас. — Я просто обращаю внимание на то, чем занимаются дети в последнее время. С некоторых пор приложение поражает меня своей восприимчивостью к манипуляциям. Похоже, я был не единственным, кто так думал.
— Я не думаю, что дело в сайте, — сказал Туату. — Это просто место, куда загружаются видео. Я думаю, что это… ну, я действительно не знаю, что это такое, но я не думаю, что сайт имеет к этому какое-то отношение. Если бы это было так, у нас были бы видеозаписи со всего мира, но они есть только здесь, в Хобарте, на набережной.
На кофейном столике видео прокрутилось само по себе и началось снова, что, должно быть, заворожило Зеро так же, как меня завораживают пауки, потому что он уставился на него, слегка приоткрыв рот, как будто не мог отвести взгляд, пока оно снова не закончится.
Когда это произошло, он сунул телефон обратно Туату.
— Что это? Зачем кому-то понадобилось это делать? И зачем ты показал мне это видео? Никто не падал и не пытался покончить с собой.
