Беспокойство вынудило эльфа осторожно, памятуя о том, что черный маг вполне мог оставить сюрприз для нежеланного гостя, коснуться двери. Он обомлел. Ни одного защитного заклинания, даже примитивного «замка»! На черного мага напал демон легкомыслия?
Даже засов задвинуть поленился… Почувствовал свою безнаказанность, мерзавец?
Увиденное заставило эльфа оцепенеть.
А вот это уже не шутки! Это черная магия на крови, с жертвоприношением! К запаху тлена добавилась металлическая вонь крови и химическая – какого-то токсина…
Затем лорду Лориэлю показалось, что у князя пробито сердце. Он ринулся было к постели, но тут же остановился как вкопанный. На полу виднелись размазанные линии рисунка, вызвавшего у него новый приступ гадливости. А затем и автор обнаружился… на полу, в загустевшей крови. И поди пойми теперь, чья: его или князя?
Лицо правителя посерело, уродливая вязь, прорисованная черным, понемногу вызывала воспаление – краска на черноцветах? Всего за одну ночь князь еще больше осунулся, дыхание то учащается, то снова переходит в тихое, с отчетливым хрипом. Постарел, седина резко расползлась от висков.
Сколько еще он выдержит?
Кэллиэн мог бы объяснить, что это лишь побочный эффект обряда, что краска, несмотря на резкий запах, в засохшем состоянии совершенно не опасна, главное – ее не глотать, что через два-три дня будет заметно улучшение, которое начнет прогрессировать, что теперь нужно не жизненные силы вливать, а найти специалиста по диагностике и укреплению сущности...
Но он даже не знал о непрошеном госте.
Рана на груди князя, к счастью, оказалась неглубокой, и эльф поспешил на всякий случай очистить ее магией и ускорить регенерацию.
Прочел над князем заклятье противоядия – черноцветы были хорошо изучены лекарской наукой. Смыть бы эту дрянь, но делать это нужно специальным эликсиром... Обработка нейтрализовывала большую часть яда в черноцветах, но князю Ламиэ, в его состоянии, хватит и оставшейся.
Но ведь жив! Даже после черного обряда – жив. Сколько же сил и упрямства в этом волевом человеке?
Лорд Лориэль покачал головой, вливая толику собственных жизненных сил в князя.
А он только начал верить, что, возможно, черный маг черному магу рознь…
Нет. Все они одинаковы.
Притворяются, пока не достигнут цели.
У эльфа зло дернулась щека.
Жизнь в Йерихо заставила его пересмотреть немало стереотипов, но, как видно, не со всеми следует бороться. Люди склонны напрасно доверять тем, кто не стоит их мизинца. И в итоге это приносит им уйму разочарований… а то и гибель.
Природу ведь не переспоришь. Наедине с беззащитной жертвой не удержится ни один черный. Даже если до последнего притворяется другом, даже если сам хочет верить в эту ложь.
И ведь как талантливо Дэтре убеждал в ней окружающих!
Эльфа жгла не столько ненависть, сколько обида, жгла больно и глубоко. Он ведь честно пытался наступить на горло собственным предрассудкам и даже здравому смыслу, старался не судить книгу по обложке, даже решился довериться чужому суждению… и к чему это привело? Чудо, если князь, так тепло принявший его в замке, продержится еще хотя бы пару дней!
Падальщик все-таки показал клыки.
А он знал о нем – и ничего не сделал!
Лорд-целитель вдруг ощутил, как тенькнула, оборвавшись, в душе привязь магической клятвы.
Дэтре не стоит того, чтобы его покрывать.
Эльф медленно выпрямился.
Затем сделал медленный, скользящий шаг в сторону. Присмотрелся к придворному магу. Даже рисунки с лица не смыл...
Лорд Лориэль, подчиняясь чувству долга, склонился над магом, благоразумно не касаясь вымазанного кровью пола, но Дэтре даже не шевельнулся. Что это с ним?..
Дыхание редкое, ровное. Бледность не хуже, чем у князя… что, тоже обряд впрок не пошел? Поперек горла встала чужая жизненная сила – или чужая кровь?
Или же – наоборот?
Сердце билось ровно. Похоже, опасность черному не грозила.
Эльф брезгливо выпрямился, прикрыв нос и губы рукавом.
В этот миг он горько пожалел о том, что велеречиво отказался в свое время от уроков боевой магии и фехтования. Ему нечего противопоставить Дэтре.
Впрочем, черного мага схватить не так уж просто, угрозу он почует даже на грани жизни и смерти. И тогда может убить свою жертву и всех, кто подвернется ему на пути.
А сорвавшийся черный маг – слишком большая опасность и для замка, и для города.
Что теперь предпринять? Немедленно унести князя отсюда, велеть, чтобы Дэтре к нему не подпускали ни под каким предлогом?
Было бы неплохо... Только кто его послушает? У него нет никакого права приказывать. Да и переносить князя Ламиэ крайне опасно.
Лорд Лориэль покачал головой, с сожалением расставаясь с этой идеей.
Значит, необходимо обратиться к тем, чьи приказы будут выполнены.
А Дэтре…
Пусть до последнего не подозревает о том, что его раскрыли. Пусть думает, что он по-прежнему в полной безопасности.
Если все пройдет удачно, местные маги схватят черного прежде, чем он успеет натворить дел.
Целитель направился к двери, на пороге снова замер. Обернулся.
Ненавидя себя за это, все-таки выпустил в мага заряд целительного заклятья.
И вышел вон.
