Междуморье полностью

Если прибавить еще обещание, данное венграм, что после децентрализации Украины им будут гарантированы влияние на Закарпатье, а румын силой вынудят дать какую-то форму автономии Секлерщины, то опорой нового регионального порядка станут Сербия и Венгрия, две в прошлом весьма важные страны, роль которых Запад свел к роли микро-государств региона (Венгрии – после Трианона, Сербии – после войны в Югославии), и на порядок этот в будущем, скорее всего, никто и не замахнется, потому что, что бы там ни было, этнически он обоснован.

А вот представитель партии власти вел себя как типичнейший представитель партии власти. С Жолтом Неметом, соучредителем Фидеса, экономистом и специалистом по международным проблемам, я разговаривал как будто с роботом.

Ожидая его, я читал себе книжку Игоря Янке про Орбана, и это был мой источник неустанной радости. В принципе, это была агиография. Янке пытался прильнуть к Орбану, словно к доброму дядюшке. Наряду с восхищениями его выдержкой, милой и решительностью ("я спросил его, правда ли то, что фильм Серджо Леоне (Однажды на Диком Западе) он смотрел столько раз. "Как минимум – раз пятнадцать…" – засмеялся он. Что его в этом фильме так увлекло? "Все. Героическая история. Поначалу ведь ситуация безнадежна […]. Чтобы быть хорошим и выиграть, необходимо не только умение стрелять и наличие мускулов, но нужно уметь еще и пользоваться мозгами, а еще - великодушие. Это очень важно")., в книге можно найти и примеры чудесного анализа ("Чтобы уравновесить влияния социалистов в бизнесе, выстраиваются новые олигархические схемы").

Пришел Немет, я сунул книгу в рюкзак и пошел за ним, в кабинет в левом крыле здания Парламента. Я задавал ему вопросы и заранее знал, что тот ответит. А говорил он, что все хорошо, что в принципе и непонятно, почему это Европа так настроена против Венгрии, ведь никакие обвинения или возражения не выдерживают конфронтации с правдой, что неправильности в "новых олигархических схемах" – это, в целом, чушь, а если что-то не так, то этим займется суд, и до свидания.

После этого я вышел из Парламента и направился в сторону körut'а (кольцевой бульвар – венг.), где встретился с Ференцем Дьюрчани, бывшим социал-демократическим премьером Венгрии, слова которого, обращенные к членам собственной партии: "мы лгали утром, вечером и ночью", были записаны, пошли в эфир и привели к националистическим беспорядкам, а затем и к победе Орбана на выборах. Теперь даже большинство противников Орбана признает, что Дьюрчань – это символ компрометации правительства социалистов, и вообще, всей той расстановки сил предыдущего десятилетия. И что он, собственно, должен уйти из политики, поскольку со своей новой партией Демократическая Коалиция, имеющая поддержку в размере где-то около десяти процентов избирателей, блокирует настрадавшуюся левую сторону политической сцены, на которой могло бы вырасти что-то новое. Это же пройдоха, - говорили мне про Дьюрчаня. Правда, какой симпатичный!

И правда. Дьюрчаня трудно не полюбить при первой же встрече. Он обладает обаянием симпатичного зубрилы, который делает все, лишь бы выйти из этой роли. Мы сидели в его оисе, пили кофе и курили его красные мальборо.

Ну что же, с Дьюрчанем приятно было поболтать, но в принципе, звучало это точно так же, как критика польского правительства ПиС в исполнении демократической оппозиции.

Орбан – это диктатор; его система – это коррумпированный авторитаризм, все ясно, - Дьюрчань хлопал очами серны, - во времена социалистов тоже, к сожалению, случались искажения, но тогда это были исключения, сейчас же все оформилось в систему.

А помимо того, можно догадаться: постоянный набор: беженцы, Европейский Союз, права человека и т.д. Откуда берется общественная поддержка Орбана? А вы почитайте Иштвана Бибо, венгерского политолога и политика средины ХХ века, который то, что сейчас творится, уже однажды описал. Отсылаясь к тридцатым годам прошлого столетия.

Ну да, Бибо почитать стоит. Ибо, по его мнению, наибольшим страхом центрально-европейских народов является страх перед разломом национального единства. И перед тем, что подобные страхи ведут к появлению "фальшивых реалистов" – которые, с помощью "шумной публицистики" и "национальной науки", оторванной от объективной истины, и по причине этого деградировавшей до роли псевдонауки, "самоупоения" величием собственного народа – выигрывали, добывали власть и, проводя "антидемократическое правление […] с сохранением демократических форм", превращали свои страны клетки, ключи от которых держали держиморды. В Бордурию. Что самое интересное, в коммунистические времена Бибо был чемпионом той среды, из которой впоследствии вырос Фидес. В том числе, естественно, и Виктор Орбан, один из наиболее известных "фальшивых реалистов" Центральной Европы.

Бибо основывал свои наблюдения на предвоенной Центральной Европе, в которой только лишь Чехословакию можно было бы назвать по-настоящему демократическим государством, но в Центральной Европе Бордурии возродились и в наши времена.