Ясное дело, это было понятно. И прекрасно видно, потому что карту Великой Венгрии, от Секлерщины[128] до Риеки, и почти что от паркинга перед супермаркетом "Кабанос" при дороге на Хыжно и до самых предместий Белграда, клеят на бамперах и багажниках автомобилей, она висит на стенах в виде бумажного плаката или вырезанная на деревянной доске, еще она служит в качестве коврика для компьютерной мышки… И так далее и тому подобное. Невозможно ни у кого чего-то отобрать, чтобы об этом не позабыли. У Польши отобрали земли на востоке, но прирезали ей на западе. У Германии отобрали восток, только это принципиальным образом не изменило ее положения в Европе (Германия, словно гусеница, неплохо справлялись себе, даже сокращенные до одной трети своей давней территории). Россия утратила огромные куски, гигантские территории: Прибалтику, Белоруссию, Украину, влияние в Центральной Европе, в очередной раз Россию сильно оттолкнули от Запада – но, во-первых, она пытается это влияние восстановить, а во-вторых – все равно, она остается крупнейшей в мире страной и, чего уж тут говорить, империей.
А венгры, в свою очередь, могут только дергаться. Между словаками, румынами, сербами и австрийцами.
Янош Секи, венгерский журналист, говорил мне когда-то о трианонизме, что означает: что каждый, кто хотя бы в самой малой степени повернет назад последствия Трианона, в Венгрии будет героем.
Мы поехали в музей Трианона в Секешфеерваре. Музей был закрыт, хотя должен был открыт. Но двери были открыты. Так что мы вошли вовнутрь. Кричали "
Перед музее дергался каменный турул[129], спутанный узами. Впечатление было самое драматичное, вот только на турула спиной опиралась целующаяся с парнем девица.
В штаб-квартире Йоббика в здании Парламента даже цветочный горшок был обернут венгерским флагом. Все были чрезвычайно милыми и совершенно не походили на кровожадных степных пост-кочевников. На сторонников пан-Турана, желающих пожрать цивилизацию. Девушки, что бегали по офисам, носили туфли на высоких каблуках. Мужчины походили на почтенных плюшевых медведей. То тут, то там висели или были наклеены контуры Великой Венгрии.
Но все это были цветочки по сравнению с тем, что в городе Озд сделал его избранный от партии Йоббик бургомистр Давид Яничак. Он приказал выкрасить весь коридор, ведущий в его кабинет в цвета ленты Арпада[130], а меня принял – бургомистр тридцатипятитысячного, несколько запущенного города, окружающего павшую промышленность – развалившись в глубоком кресле, словно на троне.
У Мартона Дьёндьёши, вице-главы Йоббика, который в своем сшитом по мерке костюме выглядел словно супер-европеец из какого-то гипер-Брюсселя, таких привычек не было. Он был ужасно мил и культурен. Он говорил, что Россия – она какая есть, такая и есть, но, по крайней мере, не притворяется, а вот Европа под прикрытием этой своей демократии и прав человека – испорчена и лжива. Помимо того, Россия является оплотом старых добрых консервативных ценностей, а европейская гниль, все это продвижение геев и разврата, отрицательно влияет на него самого и на его семью. И он не желает, чтобы его дети воспитывались в таком вот мире. Мне же вспоминались все те твердолобые мусульмане, с которыми я беседовал в Косово, Боснии и Санджаке. И которые говорили, более-менее, то же самое.
Дьёндьёши размечтался, когда мы начали говорить о Трианоне. Говорил, что, возможно, чего-то и удастся отыграть: тут какая-то область, автономная от Украины, здесь – от Румынии, а там поглядим. Что Венгрия никогда не откажется от какой-то формы объединения венгров, может быть когда-нибудь, в отдаленном будущем.
- Понятное дело, что нам хотелось бы вновь увидеть границы Великой Венгрии, но мы понимаем, что следует быть реалистами. Пока же что мы можем подыгрывать автономии Секлерщины, Закарпатья…
В мире, в котором исчез бы Pax Americana, весь тот порядок, гарантированный НАТО, это было бы более реалистичной идеей. Тогда в регион вошла бы Россия, и могда бы расставить пешки на шахматной доске по-своему..
И, к примеру, начать открыто поддерживать сербский сепаратизм в Боснии и северном Косово: таким образом Сербия объединится, ибо Белград не откажет ведь в просьбах о присоединении сербским квази-государствам в Боснии и Косово, и тогда конец с сербской интеграцией в ЕС и НАТО, зато гарантом нового расклада сил на Балканах будет Россия, и это она будет раздавать там карты.
