– Их называют фигурами Лихтенберга, – объяснила пожилая леди. – Образуются потоками высокоэнергетических частиц с помощью ацетата.
– Знаю, – кивнул Зен, вспомнив, что не должен удивляться таким вещам. – Просто никогда не видел таких больших фигур.
– Когда тебя постоянно окружают столь прекрасные вещи, к ним быстро привыкаешь, – сказала она. – Хорошо, что к нам приходят гости – они помогают взглянуть на красоту по-новому.
Старушка повернула голову и тоже принялась разглядывать стены, пока Зен рассматривал ее: худое и морщинистое лицо, серые глаза с золотыми вкраплениями и внимательный, как у ястреба, взгляд.
– Ты ведь приехал из Золотого Узла, юноша, не так ли? – спросила она.
Зен кивнул, пытаясь вспомнить ее имя. На помощь пришла Нова, прошептав в гарнитуру:
И Зен сразу понял: он видел ее в вагоне-аквариуме еще днем. Лично он с ней не разговаривал, но заметил, что женщина стоит чуть в сторонке и прислушивается.
На мгновение Зен почувствовал абсолютную уверенность в том, что она заметила в его речах какую-то ошибку. Он не сомневался: женщина раскусила его и пригласила за императорский стол, чтобы разоблачить самозванца.
– Мой дорогой… – Леди Суфра опустила свою тонкую коричневую ладонь на запястье Зена. – Ты так похож на моего младшего брата Тарсима в молодости!
Зен не знал, что на это ответить, но оказалось, что отвечать вовсе не обязательно: старушка продолжала говорить.
– Он ездил по железным дорогам в составе нашего Корпоративного Десанта во время Восстания на Спиральной линии. И погиб в Битве за Галахаст.
Зен постепенно понял, что ему ничего не грозит. Это всего лишь старушка. Наверное, в аквариуме он показался ей одиноким, вот она и решила, что ему будет интересно послушать семейные истории. Он промычал что-то в знак сочувствия, словно давняя смерть ее брата заботила его, и опустил взгляд на тарелку, которую официант-моторик только что поставил перед ним. Тарелка была изготовлена из какой-то старомодной керамики, и Зен не сразу понял, что на ней: еда или какое-то украшение для стола. Он решил повторять за леди Суфрой, которая выбрала из целого набора приборов возле тарелки пару изящных серебряных щипчиков и принялась за еду.
Леди Суфра улыбнулась.
– Много лет прошло с тех пор. Умереть молодым – не такая уж и трагедия. Тогда-то я думала иначе, но теперь понимаю, что настоящая трагедия – старость. Мой брат отдал жизнь ради благородной цели. Если бы мятежники со Спиральной линии одержали победу, на трон взошел бы кто-то из семьи Преллов. Последнее, в чем нуждается Сеть, – это один из выродков их семейства в качестве императора.
Тарелку Зена незаметно забрали. На ее место моторик поставил морскую раковину, наполненную бледной прозрачной жидкостью. Что это, какой-то суп? Зен взялся за неглубокую ложку.
– Разумеется, – продолжала леди Суфра, – я знаю, что в некоторых мирах с периферийных линий люди остались недовольны. Движение за Человеческое единство набирает силу. Даже ходят разговоры о том, чтобы избавиться от императора. Бросить вызов Стражам.
– Я не очень разбираюсь в политике, – сказал Зен.
Суфра Зенит пристально посмотрела на него своими глазами в золотую крапинку.
– Но ты ведь должен иметь какое-то мнение, Таллис Зенит. Надеюсь, ты не побоишься его озвучить? Как настроен народ в Золотом Узле?
Ответа на такой вопрос Зен не заготовил.
– Думаю, обычных людей не слишком заботит, кто ими правит, – ответил он, импровизируя и озвучивая мнение Зена Старлинга голосом Таллиса Зенита. – Будь то Зениты, Преллы или президент Движения за Человеческое единство – на улицах Разлома или на Амберсайском базаре разницы не заметят. Люди просто хотят, чтобы их поменьше трогали.
Леди Суфра на мгновение посмотрела ему в глаза. Зен уже испугался, что обидел ее. Но затем она рассмеялась.
– Какое занимательное наблюдение, – сказала она. – Любой другой за этим столом сказал бы старушке то, что она, по их мнению, желает услышать. Но Зениты из Золотого Узла, похоже, принадлежат к более крепкой породе. Кстати, как тебе суп?
Зен посмотрел на ракушку. Он уже почти опустошил ее.
– Какой-то безвкусный.
Она прошептала, наклонившись поближе:
– Потому что это чаша для пальцев, Таллис. Чтобы ты помыл руки, прежде чем подадут следующе блюдо.
Зен залился краской – ошибка привела его в ужас, но женщина лишь улыбнулась. Похоже, он пришелся ей по душе.
– Ну, расскажи мне, – попросила она, – чем ты занимаешься там, в Золотом Узле.
– Учусь, – ответил Зен. – Изучаю искусство.
– Ах! А ты уже видел нашу коллекцию?
– Еще нет. Но я прибыл сюда в том числе и ради нее.
– Тогда я сама устрою тебе экскурсию. Завтра.
– Я оказался похож на ее умершего брата. Вот и все.
