– И не смей мне звонить, Йони, – процедила она. – Я больше не хочу тебя знать, понял?
Он кивнул, и она ушла. Ее громкие, злые шаги на металлических ступенях больно отдавались в его ушах. В тишине, которую она оставила после себя, слышалось пение птиц, щебетавших в портале, но Бренд вскоре его закрыл.
– А теперь, – объявил Бени, – настоящий сюрприз.
– Что? – удивилась Равит. – Какой еще сюрприз?
В портале перед ними несколько звезд прочертили полоски света на темном небе. Бени поднялся с места и подошел к компьютеру.
– Что ты делаешь?
Бени сел за клавиатуру и вытащил из кармана лист бумаги. Развернул, внимательно изучил и начал набирать что-то на клавиатуре. Последняя звезда мелькнула в ночном небе 1803 года, прежде чем портал закрылся.
Равит поднялась с кресла:
– Бени, что ты делаешь?
– Я подглядел, как он вводит данные и делает расчеты. Это не так уж сложно. Программа выполняет бо́льшую часть работы. Нужно просто знать, куда хочешь попасть и когда. Все просто, если знаешь, на что обращать внимание. – Он на мгновение оторвал глаза от экрана и улыбнулся ей. – Все ради тебя, любимая.
Равит подошла к нему.
– Я ни о чем не просила. Что ты творишь? Не надо ничего делать ради меня.
Бени продолжал быстро печатать. Равит огляделась. Что происходит? Сходить за профессором? Что творит этот дурачок? Она и подумать не могла, что их отношения зайдут так далеко, и вот он называет ее любимой и набирает координаты, чтобы запустить машину времени. Почему она постоянно попадает на таких мужчин? То слишком увлекающихся, то ко всему безразличных. Даниэла говорила, что она притягивает крайности, потому что обычные мужчины не могут справиться с ее «экзистенциальной резкостью». Что это вообще значит? Даниэла милая, но ничего не понимает в жизни – она встречается с одним и тем же мужчиной уже четырнадцать лет.
– Отлично, – пробормотал он и поднял палец в воздух. – Смотри! – и нажал на кнопку.
Портал открылся, и они увидели перед собой угол здания, трансформаторную будку, тротуарный бордюр, выкрашенный в красно-белый цвет, большой полупустой мусорный бак, пустынную дорогу. Просто какая-то улица на задворках. Но странное чувство проснулось в ней, когда она это увидела, и ноги ее подкосились.
Бени поднялся с кресла, подошел к стене, взял одну из оставленных там двух сумок и накинул лямку на плечо. Сумка выглядела тяжелой, но он не замедлил шагов, и не успела она вскрикнуть от удивления, как он уже прошел через портал. Равит стояла с открытым ртом, не понимая, что ей делать. Все произошло очень быстро.
Он повернулся лицом к комнате.
– Пойдем, – позвал он, – вперед!
– Но нам туда нельзя, – пролепетала Равит и тут же поняла, что Бени ее, скорее всего, не слышит. Он рассказывал ей, что на другой стороне тоннеля ничего не видно, когда портал открыт. Может быть, и не слышно?
– Мы не можем создать парадокс, даже если захотим, – успокоил Бени. – Пойдем! Покажу, что я для тебя приготовил.
«Что я для тебя приготовил»? О чем это он? Равит медленно приблизилась к порталу, ее глаза перебегали от легкого искажения у края рамы, до линии, где пол подземной лаборатории перетекал в тротуар. Было слышно гудение уличного фонаря вдалеке. Когда она пересекла порог, Бени расплылся в улыбке:
– Привет, дорогая! Как здорово, что ты пришла.
Она оглянулась назад. И правда, входа не видно. Она видела только стену с большим граффити, изображающим саксофониста, – красочное, полное жизни, окруженное крупными нотами. Правда, раскрасили изображение лишь наполовину. Возможно, художник специально так оставил, чтобы другие дорисовали картину в своем воображении, и… Она узнала это место. Равит повернулась к Бени, дрожа всем телом.
– Когда захотим вернуться, нужно просто войти прямо в эту стену. – Бени указал куда именно и жестом призвал ее следовать за ним. – Пойдем, присядем здесь за углом. Чтобы нас не увидели.
– Это… это тот вечер, когда… – Она едва могла говорить.
– Да, когда он напал на тебя, – проговорил Бени, взял ее за руку и аккуратно увлек за угол.
Там она рухнула вниз, сползла по стене, а он сел на корточки и осмотрелся.
– За что? – Слезы хлынули сами собой. – Почему ты привел меня сюда? Почему?
Бени посмотрел на нее влюбленным взглядом и вытер ей слезы.
– Ты сказал… что прошлое нельзя изменить, – произнесла Равит. – Ты сказал, что нельзя…
– Верно, нельзя, – согласился Бени. – Все именно так, как я тебе объяснил.
– Тогда зачем ты привел меня сюда?
– Того, кто напал на тебя, так и не нашли, – пояснил Бени. – Составили фоторобот, годами искали мерзавца, но он исчез, словно его стерли с лица земли. Но сейчас мы увидим, как он выходит из переулка.
Равит уставилась на него в ужасе. Ее затошнило. Дыхание стало прерывистым, живот скрутило в комок. Тот самый переулок. Нет, только не это!
– Сейчас? – прошептала она. – Все… все происходит прямо сейчас?
Бени кивнул.
– И когда он выйдет… – Бени открыл сумку, достал оттуда огромную дубинку и протянул Равит.
