Он оценивал свой визит как удачный. Столько новых знаний, столько всего предстоит рассказать миру.
Ночной воздух был холодным, и земля еще не просохла после дождя, который лил весь день. Первые часы Эди провел в поисках укрытия, тихо проклиная дождь и свою промокшую до нитки одежду, ставшую тяжелой и неудобной. Но в конце концов дождь сыграл ему на руку. Нашлись добрые люди, готовые приютить чужака, несмотря на диковинную внешность и странный выговор. Обсушиваясь в уголке, он зачарованно наблюдал их повседневную жизнь, разглядывал мебель, изучая обстановку. Ему даже позволили полистать рукопись – добродушный старик-священник подал ему свое сокровище дрожащими руками.
Ошибок Эди, правда, наделал немало. Хотя он и старался без особой нужды рта не раскрывать, неверное произношение, слова и обороты, которые здесь, видимо, не были в ходу, удивляли многих. А еще эта его манера перебивать собеседника и заканчивать за него фразу – она и в XXI веке портила ему жизнь, а тут явно не подходила его роли. Уразумев, что его знаний явно недостаточно для не внушающей подозрений беседы с людьми XVII века, он решил помалкивать. Фатальных ошибок, однако, он не совершил и не создал парадокса.
Пока усталые ноги медленно несли Эди в темноте туда, где должен был открыться портал, он прокручивал в голове все, чему научился и на что обратил внимание. Только одна эта короткая вылазка обеспечила его материалом для нескольких статей. Он начал задумываться, как с помощью имеющихся знаний доказать, что его научные гипотезы на самом деле являются исторической правдой. Ему не терпелось вернуться в настоящее, записать все, что роилось в голове, включить лампу, послушать радио, принять душ.
Но, добравшись до середины поля, когда из-за налипшей на сапоги вязкой грязи каждый шаг уже давался с большим трудом, он обнаружил, что ливень стер меловые отметки, оставленные там, где находился портал. Тщетно пытался он угадать правильные камни, удача от него отвернулась. Темное поле теперь казалось зловеще мрачным, влажная трава – предательски густой. В отчаянии он заметался из стороны в сторону – где же они, где эти чертовы вчерашние отметки? – но только снова и снова спотыкался о мелкие камни и здоровенные булыжники.
То ли это место? Тот ли это час? Ему казалось, что он пришел вовремя, а если нет? Может, его вообще занесло не на ту сторону поля? Может, надо было украсть у добродушного священника лампу?
Он огляделся и тихо позвал:
– Йони!
Догадается ли Бренд как-нибудь подсказать ему, где портал? Почему они не обговорили подобную возможность – что, возвратившись, он не найдет отметок? Может, еще рано? А может – холодок прошел по спине от этой мысли, – может, Бренд уже открыл портал, подождал немного и…
Просто закрыл его и ушел?
– Йони?! – Он уже кричал. В поле никого, в деревне все спят, и никто его не услышит. – Бренд! Где ты, Бренд? Отметки смыло дождем. Подай мне знак, где портал! Бренд!
Нет-нет. Он пришел вовремя. Он все верно рассчитал. Он не ошибся. Снова и снова он озирался, искал лучик света, мерцающий фонарь, машущую руку. Хоть что-нибудь. Но нет, Бренд наверняка стоит по другую сторону портала, смотрит на него и ждет, когда он совсем отчается.
Если вообще открывал портал.
– Бре-е-е-е-е-енд! – вопил Эди. – Покажи, где портал, негодяй! Покажи мне, куда идти! Бре-е-е-е-енд!
Тут ему почудился какой-то проблеск во тьме, он ринулся в ту сторону, наткнулся на камень и рухнул в грязную жижу. Ударив кулаком по мокрой земле, он поднялся на колени, проклиная всех и вся, пока в легких не кончился воздух.
На какой-то миг он остановился, прислушался, желая убедиться, что никто не идет к нему, никто не слышит, а затем продолжил вопить в холодной ночи:
– Ты все подстроил, да? Ты этого хотел! Решил затащить меня сюда и оставить здесь. Убийца – вот кто ты, убийца! Какой же я идиот, что не понял этого, какой идиот! Ты давно это спланировал, ты этого хотел, это все, чего ты когда-либо хотел! Уже тридцать лет ты хочешь убрать меня с дороги.
Он поднялся на ноги, крича, вероятно, без особого толку. Бренд просто не открыл портал, и все эти крики бесполезны. Хотя, возможно, Бренд здесь, смотрит на него. Стоит тихонько возле невидимого портала и наблюдает с нездоровым удовлетворением.
– Ты знал, что дождь все смоет. Знал, что отправляешь меня в дождливый день. Ты все предусмотрел, да, Йони? – крикнул Эди в ночь. – Как удобно! Теперь ты можешь бросить меня здесь. Я уверен, ты уже придумал приличное оправдание тому, что я не смог вернуться. Что ты собираешься рассказать Элиане? Что я случайно попытался создать парадокс и погиб? Что портал не открылся? Тебе надо придумать оправдание получше, чтобы утешить ее потом, а? Ведь ради этого все затевалось?
Сильный кашель заставил его замолчать. Бактерии XVII века – кто знает, что он тут подцепил? Еще одна часть плана Бренда, конечно. Он снова принялся метаться по полю, кидаясь то в одну сторону, то в другую, продолжая оглашать тщетными призывами и проклятиями темноту.
