— Ладно, — наконец, сказал он, вставая. — Стройте себе на здоровье. Но учтите наперед — помощи от меня не требуйте. И так верчусь, как белка в колесе! Но белке хоть выговоры не влепляют. Знай себе, щелкает орешки. А мне за испорченные столбы управление так даст на орехи — ой-ой!
В общем, сами хоть под землей откапывайте столбы, известь, песок и все прочее. Финансы на мяч и сетку тоже банком не отпущены.
— Ой, как же так!.. — начала было мать Валерия, но Ирина Петровна мигнула другим родителям и, оттеснив Филомену Архиповну, все стали горячо пожимать руку управхозу.
— Я так и знала, — торжественно сказала Ирина Петровна. — Не сомневалась, что мы договоримся. Благодарю вас, Иван Максимович, от имени и родителей, и ребят. Строительные материалы мы достанем. Мяч и сетку — купим. Ну, а за столбы большое-большое спасибо! Вам-то, испорченные, конечно, не к чему, а нам — как раз… Всего доброго. Пошли, товарищи!
— Э-э-э, постойте, постойте, — растерялся управхоз. — Как так «спасибо»? Я, кажется, столбы не дарил…
Но «каюта» уже опустела.
Строительство началось на следующее утро.
Денек обещал быть отличным — небо блестело ослепительно ярко.
И даже надоевшие трамвайные звонки, гудки автобусов и троллейбусов звучали особенно звонко и радостно.
Со второго этажа, из распахнутого окна гремела музыка, наполняя весь двор. Федя Галкин давно уже починил старый приемник Валерия, сделал усилитель и вот, наконец, дождался случая испробовать его.
— Единственный приемник, который Федя построил и не сломал, — шутили ребята.
Хорошо работать, когда вокруг — друзья, денек — чудесный и еще вдобавок бодрая, веселая музыка!
Под командою Тани ребята быстро вырыли четыре ямы, благо земля на этих местах еще не утрамбовалась от прежних ям. Поставили столбы для турника и волейбола, привезли две тачки песку для выравнивания площадки.
Многие родители вышли из квартир и уселись на скамейки, наблюдая за ребятами. А Ирина Петровна не выдержала и тоже взялась за лопату.
То и дело на дворе показывался управхоз. Он искоса быстро оглядывал стройку, но не вмешивался и уходил.
Вскоре ребята сгрудились возле столбов для турника. Нужно прикрепить к ним перекладину — кусок водопроводной трубы. Но как? Долго спорили и, наконец, решили: вбить несколько гвоздей в верхушки столбов и проволокой примотать к ним перекладину.
Так и сделали.
— Неказисто, — сказал Коля. — И проволока как бы не лопнула?!
Но все же ребята довольны. Сразу стали вертеться на турнике.
Родители столпились тут же: смотрят, кто из ребят сильнее и ловче.
Мать Валерия вышла во двор в своем ярком шелковом халате.
— Ой, упадешь! — вскрикнула она, когда Валерий сел верхом на перекладину.
Вокруг засмеялись.
Старший брат Феди Галкина, как судья на состязаниях, шутливо выставлял баллы ребятам.
— Три и пять десятых, — сказал он, когда Валерий соскочил с турника.
— Четыре и две десятых, — поставил он Коле.
Валерий зло оглядел своего бывшего друга и отошел от турника. Вот не везет! Ведь так хотелось утереть нос Кольке!
Остальные ребята получили и того меньше: кто два, кто три балла, а некоторые даже ноль.
— Такой отметки нет, меньше «кола» не ставят, — засмеялась Ирина Петровна.
— Ставят, мама, ставят, — авторитетно поправила Таня.
Она была в синих лыжных брюках, белой майке и красном галстуке, повязанном прямо на голой шее.
Таня подошла к турнику, легко подпрыгнула и ухватилась за перекладину. Девочка подтянулась, выжала тело, перекинула правую ногу через перекладину, ловко сделав перехват рукой, и несколько раз быстро перевернулась.
— Здорово! — зашумели и ребята, и родители.
— Восемь и семь десятых балла, — провозгласил старший брат Феди.
— Плохо, — вдруг раздался чей-то мрачный голос.
Все оглянулись.
Позади, в отдалении от всех, стоял управхоз.
— Ой, да Таня же лучше мальчишек крутилась, — воскликнула мать Валерия.
Управхоз, не отвечая, подошел к турнику, неожиданно скинул китель и ухватился за перекладину. Он ловко подтянулся, сделал несколько махов и внезапно тело его на вытянутых руках описало быстрый, полный оборот вокруг перекладины. Турник закачался, заскрипел.
— «Солнце»! Крутит «солнце»! — восхищенно закричал Федя.
И родители, и ребята были изумлены: никто и не предполагал, что управхоз такой гимнаст.
— Какое там «солнце»! Всего один оборот! А вот в молодости мы, действительно, крутили: раз двадцать подряд, — довольно заявил Иван Максимович, соскочив с перекладины и молодецки поглаживая усы. — У зрителей аж в глазах рябило! А боцман у нас на «Отважном» еще похлеще штуки выделывал…
Он подошел к столбу и сильно нажал на него своим крепким плечом. Столб покосился.
— А турник ваш — не гож, — заявил Иван Максимович.
Он вызвал слесаря из домохозяйства и заказал ему металлические хомутики, чтобы прочно прикрепить перекладину.
— Столбы следует вкопать поглубже, — скомандовал управхоз ребятам. — А проволоку снять долой. Об нее, того и гляди, кто-нибудь до крови бок раздерет.
Коля быстро открутил проволоку. Ребята расшатали столбы и выдернули их. Потом углубили ямы, снова установили столбы и плотно утрамбовали землю.