Он не стал рассказывать девочке о онанизме. Еще очень маленькая для таких подробностей, решил он. Она узнала об этом, так же как и о вауеризме, спустя три года, когда приехала в Японию, от девочек в лагере, но поняла, за чем именно застала Хидана, гораздо позже, уже будучи подростком. Она смотрела на маму, с которой сидела в кафе, страшно выпучив глаза, и произнесла только одну фразу.
— Иисусе, я поняла, что он там делал.
Дейдара крепко обнял девочку, которая вытирала ладошкой слезы, нещадно растирая их по пока еще пухлым щекам. Какузу посмотрел на время и чуть закатил голову. Они прощались уже пятнадцать минут. Хидан же не спустился вовсе, предпочитая избегать встреч с девочкой.
— Я буду скучать по тебе, цикада, ун! — Протянул мальчик.
— Я тоже буду по тебе скучать!
— Дети, жизнь не заканчивается. Ты приедешь сюда следующим летом, а ты никуда не денешься.
— А Спитфайр будет меня и следующим летом избегать? — Протянула Лилия, услышав шаги на лестнице. Хидан не показывался ей на глаза, сидя на ступеньках.
— Нет, он поедет в языковой лагерь. Сам изъявил желание. — Пробормотал мужчина, показывая пальцем на время. — Лилия, мы еще должны успеть добраться до аэропорта. — Произнес он на английском языке, на что девочка серьезно кивнула. Она еще раз крепко обняла Дейдару и посмотрела на дом, успевший стать ей родным за эти три месяца.
— Пока, домик! Пока, Хидан! — Крикнула девочка, поклонившись, после чего выскочила за дверь, Анимиру вышел следом, закрывая дверь на ключ. Дейдара подошел к лестнице, заглядывая на неё. Парень махнул рукой младшему брату, после чего поднялся со ступени, лениво спускаясь вниз.
— Не кисни, малой. Увидишь её следующим летом. Надеюсь, что только летом. — Последние слова он практически прошептал, не желая, чтобы девочка потеряла последнего родителя в таком раннем возрасте.
— Мамочка! — Закричала девочка на английском языке, разгоняясь до нечеловеческой скорости и прыгнула на улыбающуюся женщину, которая поймала своего активного ребенка. — Я по тебе так скучала, ты вот даже не представляешь, как я по тебе скучала! — Шептала малышка уткнувшись в шею матери. Женщина поцеловала девочку в висок, не сдерживая слёзы радости, которые скатывались по высоким скулам, чуть впавшим, после лечения. Какузу поцеловал женщину в щеку, обнимая её.
— Ты как? — Прошептал он одними губами.
— Ремиссия. — Так же прошептала женщина, прежде чем Лилия подняла голову и еще раз взглянула на свою маму.
— Мамочка, у тебя украли волосы?! — Она провела ладошкой по шершавой от отрастающих волос голове матери.
— Нет, солнышко, мама просто решила сменить прическу. — Успокоила она девочку и перевела взгляд на мужчину. — Заедешь к нам? — Он кивнул, беря в руки сумку и чемодан девочки и следуя за ними, пока Лилия пыталась вместить все яркие события своего лета в короткий рассказ.
— А еще я медузу в руках держала! Вот такую! — Лилия широко расставила руки, вызывая смех у матери, которая несла свою дочь на руках, словно боялась отпустить. Какузу усмехнулся, прикрыв глаза.
— Ну, медуза была не больше её ладони. Лучше расскажи своей маме, куда ты засунула эту медузу. — Тэндо-младшая загадочно закатила глаза и улыбнулась, цепляясь за шею мамы.
— Не расскажу. — Сказала она, улыбнувшись. — У меня должны быть секретки.
— Хорошо. — Не стал возражать мужчина, выходя из здания аэропорта следом за ними. — Я сам ей всё расскажу.
— Не смей!
Комментарий к 1.3 7 лет август
Тайяки – печенье в форме рыбки.
Цуку-цуку боси – один из видов цикад. Произносится так, потому что цикады издают подобный звук.
Кума-цикада – самая большая цикада. Кума – медведь.
========== 2. 10 лет июль-август ==========
Лилия никогда не была в лагерях. Мама и Какузу описывали ей это место не один раз и даже показывали фотографии, на которых были запечатлены радостные дети. Девочка ерзала на заднем сидении автомобиля умудрившись выбраться из детского кресла и теперь вытягивала шею чтобы посмотреть за окно. Какузу устало выдохнул, смотря на дорогу, но ничего не сказал этой бунтовщице, нарушающей правила поездки.
— А Спитфайр там будет? — Спросила Лилия у своего крёстного, на что тот мотнул головой. Она не видела старшего сына Какузу уже два лета. Девочка не могла сказать, что она скучала по нему, просто для неё было странно не заставать его дома. Было странно, когда Анимиру уезжал по делам и оставлял с ними соседского мальчика, Итачи, который навещал их трижды в день.
— Нет, Лилия-чан. Хидан ездил в другой лагерь, языковой.
— Языковой?
— Там, где учат другие языки.
— А он и в этом году поедет?
— Нет, он готовится к старшей школе, поэтому в лагерь поедете вы с Дейдарой.
— Мы ему мешаем, да? — Обижено сопела девочка, но не дождалась ответа, переводя тему разговора. — А Дейдара где?
— Дейдару я отвез еще до того, как забрал тебя из Нью-Йорка. Кажется, вы попали в один отряд. — Односложно ответил мужчина, после чего посмотрел в зеркало заднего вида. — Лилия-чан, садись обратно в кресло.
— А если я не хочу?
