Ночью меня мучили кошмары. Мы снова стояли у ворот Вандербурга, только стены во сне казались намного выше — почти уходили в небо. Снег падал огромными хлопьями, всё гуще и гуще, я уже не различала силуэты мужа и сына, что повергло меня в панику. Позвала их по имени, но никто не откликнулся. Снег потемнел до черноты. Вокруг ничего не видно. Одна сплошная тьма.
Я проснулась раньше Тёмы и спустилась вниз. Дарья уже возилась на кухне — оттуда доносился дразнящий запах. На большой скороде шкварчало свиное сало, девушка ловкими движениями вбивала туда же яйца.
— Завтрак почти готов, порежь пока хлеб, — она кивнула в сторону кухонной тумбы, на которой уже лежала пышная буханка свежего хлеба.
Орудуя ножом, я поглядывала в её сторону, думая с чего начать разговор.
— Ты бессмертная? — Нет смысла ходить вокруг да около, речь о жизни сына всё-таки, не до приличий. — Сколько уже живёшь?
— Не помню. Несколько сотен лет, — она ответила, даже не повернув головы в мою сторону.
— Ты знаешь, как снять проклятие с Вани? Мы прочли в древней книге, что только бессмертные способны. Ритуал…
— Знаю, — она не дала мне договорить.
— Спаси его. — Я отложила нож и подошла к ней. — Больше никто не поможет. Время на исходе.
Дарья спокойно высыпала порезанный лук на сковороду и закрыла её крышкой. Лишь потом повернулась ко мне. С бесстрастным лицом и ничего не выражающим взглядом. Она просто пялилась на меня, будто язык проглотила.
— Так ты снимешь проклятие?
— Я не могу.
— Ты сказала, что знаешь ритуал!
— Знаю. Но помочь не могу. — Она опустила глаза и снова повернулась к печи.
— Почему ты не хочешь помочь? Я что угодно сделаю! Спаси сына! — Я схватила её за руку, меня переполняла злость. Цену себе набивает! Мерзкая девчонка! Знает, что выхода нет, я готова и на колени встать.
Она спокойно высвободила руку. В этот момент на кухню ввалились муж и сын, принюхиваясь.
— Я не могу, — повторила Дарья, равнодушно глядя мне в глаза. — Давайте завтракать.
После завтрака мы заполняли анкеты. Ванечка хвастался своими высокими баллами по информатике и роботостроению.
— Не стоит об этом упоминать, — заметила Дарья. — Просто укажи специальность, которой обучался.
— Почему? — удивился сын.
— Потому что сядут на шею и ножки свесят. Свалят всю сложную работу на тебя, — усмехнулся Тёма. Дарья еле заметно улыбнулась.
Вдруг раздался громкий стук в дверь, и девушка резво покинула комнату.
— Она не хочет помогать, — прошептала я.
— Почему? — нахмурился Тёма. — Это опасно?
— Не знаю. Не объяснила. Просто ответила «нет»!
— Я сам с ней поговорю! — заявил Ваня. — Наверно, она нам не доверяет.
— Или набивает себе цену, — скептически заметила я.
— Даша не такая, — упрямился сын.
Даша. Даже у меня не поворачивался язык назвать её Дашей. И чем она так привлекла его? На вид обычная девица. Ещё и с гонором.
Дарья вернулась с Михайло. Он забрал у нас анкеты, посоветовал прогуляться по городу, пока не устроились на работу.
— И в субботу у нас городской ужин. Для всех старше восемнадцати присутствие обязательно, — предупредил он.
— А мне почему нельзя? — возмутился Ваня.
— Праздник для взрослых, — улыбнулась я и обратилась к Михайло: — Местная традиция?
— Агась, каждую субботу. Оденьтесь понаряднее, за вами карету пришлют.
Пока мы болтали, Дарья переоделась в простенький пуловер и тёмные брюки. Ожерелье не сняла. Сейчас оно смотрелось нелепо. Она накинула лёгкое стёганое пальто и схватила сумку с какими-то склянками.
— У меня вызов, — пояснила, поймав мой недоумённый взгляд.
— Ты — врач?
— Знахарка. У нас нет врачей.
— Как нет? А больницы? — удивился Тёма.
— Врачи есть только в бункере. В городе — знахари. Если тяжёлый случай — увезут в бункер, — ответила Дарья.
Последовав совету, мы немного прогулялись. День рабочий, на улице много людей, особенно дворников. Зима выдалась снежная, и сейчас они разгребали скопившиеся горы снега вдоль дороги. Середина марта — солнце уже грело по-весеннему, снег быстро таял. Люди работали слаженно, загружали полную телегу и вывозили за ворота.
Мы же прошли к центру, сначала по узкой улочке, выйдя затем на широкий проспект с двусторонним движением. Здесь нас встретили торговые ряды под открытым небом, небольшие магазинчики и даже самый настоящий кабак! Закрыто. Работает с шести вечера и до четырёх утра.
Мы прогуляли пару часов и вернулись — немного замёрзли. Ваня ныл из-за отсутствия электричества — страдал без планшета. Я спрашивала у Михайло, где можно зарядить, но он ответил, что электроникой в городе никто не пользуется, а электричество есть только в бункере и дворце. Потом сразу перевёл разговор — сказал, что обращаться лучше просто Миха.