Я замахнулась, ладонь опустилась на его щёку, оставив красные полосы. Он несколько секунд испепелял меня взглядом, затем отвернулся к окну. Я вжалась в сиденье, пытаясь сдержать слёзы. Остаток пути мы провели в тишине, которую нарушал лишь мерный стук копыт по мостовой.
Когда вошли в дом, Тёма чуть ли не бегом поднялся на второй этаж, я прошла в гостиную и устало упала на диван, спрятав лицо в ладонях.
— Мам, что случилось? — Ваня уже встал и сейчас смотрел на меня, испуганно округлив глаза.
— Ничего. С папой немного повздорили.
— А как ужин? Там ничего не произошло… непредвиденного?
— Вань, мама устала, у неё была тяжёлая ночь, — саркастически заметила Дарья, выплывая в комнату в одном пеньюаре. Сын сразу потерял ко мне интерес, уставившись на девушку. Разве что слюни не пустил. Я бросила на неё гневный взгляд, но осеклась — незачем сейчас делать из неё врага.
Поднялась наверх. Тёмы в нашей спальне не оказалось. У меня совсем не осталось сил об этом переживать, я упала на кровать, не раздеваясь, и мгновенно провалилась в сон. Проснулась поздно, как и в прошлое воскресенье. Выглянула в окно: после праздничного ужина на улицах до обеда никого, казалось, что город вымер. На печи томилась кастрюля с мясной похлёбкой, пахло вкусно, но аппетит так и не появился. Я налила себе чашку крепкого кофе и жадно пила, обжигая губы.
Вани и Дарьи не было дома, наверно, на рынок поехали. Минут через пять в столовую спустился Тёма, на меня — ноль внимания.
— Тём, — я постаралась придать голосу жалостливые нотки. — Ты злишься на меня?
Он тоже налил кофе и уселся напротив. Сделал пару глотков. Я терпеливо ждала.
— Что ты в нём нашла? Неужели тебе не мерзко, когда он касается тебя своими холодными, как у мертвеца, пальцами?
— А тебе было мерзко, когда Ксана укусила?
— Не самые приятные ощущения. Это длилось мгновенье. В остальном мы придерживались деловых отношений.
— Мы тож…
— Нет! — Он вскочил из-за стола и, уперев кулаки в столешницу, сверкнул глазами: — Не ври мне! Ещё в первую ночь… ты, ты вернулась вся в синяках! Я готов был… я бы голыми руками вырвал его мёртвое сердце! Но ты! Ты взялась его защищать! После того…
— Но он правда ничего не сделал! Он хотел спровоцировать и только! Напугать! Чтобы вернуть мне дар! Правда!
Тёма обошёл стол, поднял меня с места, больно сдавив плечи. Встряхнул так, что я почувствовала, как хрустят позвонки. Посмотрел прямо в глаза.
— А этой ночью что? Почему ты провела её с ним, когда тебя выбрал другой?
— Они поменялись, — еле слышно пролепетала я.
— Зачем?
Я больше не могла выносить эту пытку, слёзы сами покатились по щекам. Грудь сдавило от рыданий, они вырвались — слишком сильные, не давая вымолвить хоть слово. Тёмин взгляд смягчился, в нём промелькнула тревога и вроде бы какой-то намёк на жалость. Он зажал моё лицо в ладонях.
— Он тебя изнасиловал? — спросил еле слышно.
— Нет. Я… Я хотела сама.
Тёма убрал руки, вернее, отдёрнул, словно вляпался во что-то липкое и неприятное. Мотнул головой, не в силах поверить в то, что только что услышал. Я его теряла. Я не могла его потерять. Бросилась к нему, вцепившись в одежду, он оттолкнул — со злостью и отвращением.
— Тём, прости, я не знаю, что на меня нашло, Тём, мне только ты нужен! Тёма!
— Тебя всегда к ним тянуло, к особенным! А я слишком обычный для тебя, да? Нет у меня способностей! Магией не владею, на луну не вою, и, вот же ужас-то, кровь не пью! Не использую людей, чтобы потешить свои извращённые желания! Такой вот скучный я мужик!
— Ты ведь тоже мне изменил! Помнишь, с Софьей? И я тебя простила!
— Не сравнивай! — Он грозно махал пальцем у меня перед носом. — Я изменил, потому что ты меня оттолкнула! А ты — потому что зудит в одном месте, как видишь этого кровопийцу! Он тобой просто пользуется, как и остальными!
— Сандер не такой! Его тоже не устраивает, что здесь творится!
— Ага, конечно! Свергнут Лидию, и сразу всё изменится! Дура! Они просто власть между собой делят, нас используют! Где гарантия, что, если твой Сандер придёт к власти, тебя тут же не отправят в очередной бордель?! Оттрахает, потом закусит! Или тебе нравится? Ты о такой жизни мечтала, когда бежала из Долины камней? Там тебе всё было не так!
— Прекрати истерику. — Мы вздрогнули и синхронно повернули голову на голос. В проёме двери стояла Дарья, слава Богу, одна, без Вани, и, скрестив руки на груди, спокойно смотрела на нас.
— Тоже его защищать будешь? Устроили тут… гарем, — зло бросил Тёма.
— Сандер не самое страшное зло в этом городе, — продолжила Дарья, не обращая внимания на его зубоскальство. — Он действительно на нашей стороне, и власть ему не нужна. Монстры тоже бывают разные. Вы выбрали самое неподходящее время для выяснения отношений. Насколько я помню, вы тут ради сына. И если хотите, чтобы я спасла его — займитесь делом. Разругаться всегда успеете.