Я не стал упоминать, что немаловажную роль в моём выборе сыграло моё уважение и восхищение Лордом Нисидой, командовавшим в тарновом лагере. Лорд Окимото в тот момент командовал корабельным лагерем, от причала которого позднее отошёл корабль Терсита и отправился вниз по течению Александры к Тассе. Кто может сказать, почему мы доверяем одному человеку и не доверяем другому? Почему мы с готовностью последуем за одним мужчиной, и не пойдём за другим? Так уж выходит, что мы, действительно, верим одному, а не другому, можем пойти за одним, а не другим. Но почему-то мы редко до конца понимаем причины этого. Да, я действительно доверял Лорду Нисида, готов был следовать за ним, по крайней мере, временно, даже несмотря на лежащую впереди широкую, зелёную, бурную Тассу.
— Как бы то ни было, я организовал и обучил кавалерию, — сказал я.
— И командовали ею, — добавил Лорд Окимото, — согласно, конечно, желанию сёгуна.
— После того как я был предан домом Темму, — напомнил я, — о чём, я уверен, вы не забыли, кавалерия Тарна стала независимой силой и таковой остаётся.
— К сожалению, — буркнул Лорд Темму.
— Но средство давления на вас, конечно, никуда не делось, — сказал Лорд Окимото.
— Секретное средство? — уточнил я.
— Мы были рады, конечно, — признался Лорд Нисида, — что нам не пришлось прибегать к такому способу влияния.
— Наверное, я тоже должен радоваться, — заключил я.
— Вы передадите тарновую кавалерию дому Темму, — потребовал Лорд Темму. — Вы переведёте её на территорию крепости. Все прежние офицеры должны быть сняты со своих должностей. Мы назначим новую цепь командования, с офицерами однозначно лояльными к нашему дому.
— Я теперь уже не тот, кем был раньше, благородный Лорд, — напомнил я.
— Но средство давления по-прежнему в наших руках, тарнсмэн, — настаивал Лорд Окимото.
— И что же это за средство? — полюбопытствовал я.
— К сожалению, — снова вставил своё слово Лорд Нисида, — теперь сёгун чувствует, что ему придётся обратиться за помощью к такому прискорбному способу влияния.
— Признаться, я даже не понимаю, о чём может идти речь, — сказал я.
— Это имеет отношение к женщине, — намекнул Лорд Нисида.
Мне вспомнился край северных лесов, дикий берег на который я был высажен с корабля работорговца Пейсистрата, прибывшего на континент со стального мира Лорда Арцесилы, прежде именовавшегося миром Лорда Агамемнона. Именно там я впервые услышал о чём-то подобном от Константины, по-дурацки считавшей себя свободной женщиной, хотя уже давно являвшейся рабыней. Теперь-то она была признанной и явной рабыней по кличке Сару. К сожалению, она мало что смогла мне рассказать по сути дела. Поскольку в целом вопрос казался незначительным и неясным, и даже сомнительным и ничем не подтверждённым, я выбросил его из головы, сочтя ложным, абсурдным, в лучшем случае сплетней, основанной на беспочвенных слухах.
— Что это за женщина? — спросил я.
— Возможно, Вы помните, — заговорил Лорд Окимото, — тяготы прежней осады, когда безысходность и голод стояли у наших ворот.
— Конечно, — кивнул я.
— Рабынь обменяли на всего лишь фукуро риса за каждую, — напомнил он.
— Я не жалуюсь на память, — заверил его я.
— Всех, кроме одной, — сказал Лорд Окимото.
— Да, мне даже было интересно, кем она могла оказаться, — признался я. — Я рискнул предположить, что речь шла о фаворитке сёгуна.
— Возможно, Вы хотели бы взглянуть на неё? — осведомился Лорд Темму.
— Сделайте одолжение, — сказал я.
— Хо, Сесилия, — окликнул я.
Прежняя английская девушка, приобретённая мною в стальном мире, стояла на коленях посреди толпы, бурлившей на причале. Я опасался, что её могли ударить или толкнуть. Пристань была переполнена. Мой мешок висел на её спине, закреплённый двумя лямками, перекрещенными на груди.
— Ты готова к погрузке на корабль? — поинтересовался я.
— Да, Господин, — ответила она, со счастливым лицом глядя на меня.
— Приятно видеть женщину на коленях у своих ног, — улыбнулся я.
— Приятно женщине стоять на коленях у ног своего господина, — улыбнулась она в ответ.
— Ты можешь идти в мою каюту, — сообщил я ей.
— Как мне приветствовать вас? — с улыбкой спросила моя рабыня.
— Голой, — ответил я, — на моей койке, с хлыстом в зубах.
— Да, Господин, — радостно отозвалась она, поднимаясь на ноги.
Я провожал взглядом её стройную фигуру, пока она поднималась по сходне на высокую палубу «Речного Дракона». Я заметил, что кое-кто из присутствующих на причале мужчин тоже не могут оторвать глаз от моей рабыни. Я был уверен, что эта соблазнительная самка слина хорошо знала о направленных на неё жадных взглядах. Насколько волнует, какой гордостью наполняет рабынь тот факт, что на них смотрят такими глазами, как радует их понимание того, что их формы, практически не скрытые их короткой одеждой, притягивают глаза и разжигают аппетиты мужественности. Как чудесно для женщины, быть настолько желанной! Может ли женщина быть женщиной больше, кроме как нося ошейник?
— Лициний Лизий из Турмуса! — улыбнулся я.
— Тал, командующий, — поздоровался мужчина.
— Я смотрю, Ты решил вернуться на континент, — заметил я.
