Боргента кивнула, и Миша бережно сгрузил свою ношу. Помог вытащить покрывало из-под двух дам и накинуть сверху. В доме стремительно холодало.
— Нужно камин растопить, — сказала Боргента. — Пошли вниз.
Огонь Боргента развела сама, без магии. Вукт к тому времени уже допил стакан, и взгляд его немного прояснился.
— Так, — сказал он. — Что теперь? Ждать, когда одна из них очухается? Значит, у нас свободный день, как минимум?
— Нельзя нам ждать, — сдавленным голосом сказала Боргента.
Миша, посмотрев на неё, с удивлением увидел слёзы, готовые пролиться.
— Что случилось? — спросил Вукт.
— Только что сообщили… — Боргента, закрыв глаза, коснулась пальцами правого виска. — Драконы.
— Что драконы? Ну?! — торопил её Вукт.
— Драконы напали на Материк. Их там — сотни… Мортегар не может к ним прорваться, его держат в Тентере.
Боргента открыла глаза и в ужасе посмотрела сперва на Вукта, потом — на Мишу, будто ждала от него какого-то решения, помощи.
— Мы ведь не успеем, — прошептала она. — Сколько они продержатся? Мы… просто… не успеем…
Вукт, стиснув зубы, постучал ногтями по стакану, прислушался к звуку. Потом посмотрел на Мишу:
— Ты, пузатый. На коньках умеешь?
— За пузатого я тебе коньком в рожу заеду, — пообещал Миша.
— Одевайся теплее и пошли.
Вукт встал, подошёл к груде одежды, лежащей на полу. Стал там копаться.
— Боргента, — не оборачиваясь, сказал он. — Сообщи Асзару, Денсаоли — пусть найдут Логоамара. Пусть скажут ему, что мне нужен весь клановый ресурс. Пусть скажут, что это — вопрос наиважнейший.
— Что ты задумал? — спросила Боргента, а её пальцы уже тянулись к виску.
— Спасти мир, разумеется. Кто, если не я?
Поскольку времени особо не было, с Боргентой Вукт спорил на ходу. Они с Мишей надели тёплые штаны и куртки, Вукт ещё нацепил шапку, Миша ограничился капюшоном.
— Не замёрзнешь? — нахмурился Вукт.
— Норм. Я из Сибири.
— Смотри мне. Замёрзнешь — я тебя сожру с солью.
Боргента выскочила на улицу вслед за ними.
— А что если вы не справитесь вдвоём?!
— Умрём, — флегматично ответил Вукт. — Тогда можешь нас съесть, с солью.
— Дурак!
— Дура.
— Эй! — Миша кулаком толкнул Вукта в плечо. — Не сметь рыпаться на мою училку!
Вукт с удивлением посмотрел на своё плечо, на Мишу, снова на плечо, опять на Мишу.
— Я приму это как урок, — сказал он вдруг. — Но лишь единожды.
Мише сделалось не по себе в этот миг. Из-под маски весёлого неадеквата вдруг выглянуло что-то серьёзное, непонятное. И это серьёзное повернулось к Боргенте:
— Кто-то должен присмотреть за Воздушками, чтобы не замёрзли. Может, они очнутся. Их нужно будет накормить. Здесь безопасно, никакого зверья не водится, но я на всякий случай оставлю остров наверху. И ещё. Мы оба знаем, что если с тобой что-то случится, Морт с меня голову снимет. Нам с этим, — толкнул он Мишу, — подыхать можно. Тебе — нет. Закончили разговор. Моё Сердце — мне и решать. Я бы вообще никого не брал, но мало ли. Вдруг правда жрать захочется.
— Можно взять еды из дома, — проворчала Боргента, очевидно сдавшись по основным пунктам.
— Это для слабаков, — поморщился Вукт. — Пузан, ты готов?
Миша начал было выговаривать Вукту всё, что о нём внезапно подумал, но быстро осекся. Потому что Вукт его не слушал. Он вытянул руку, на ней загорелась синяя печать, и из снега внизу начала расти к острову ледяная дорога. Угол её наклона был довольно жутким, но Миша утешался тем, что коньков пока не видел. Может, на задницах съедут, а дальше — пешочком? Так ещё можно. Хотя идти до гор, на глаз, часа три-четыре. А что за три-четыре часа сделают с Летающим Материком пара сотен драконов?.. Ответа на этот вопрос Миша не знал. Летающий остров, вон, вполне прилично бился с драконами. А Материк, по идее, штука более солидная.
— Теперь — коньки, — сказал Вукт, когда ледяная дорога доросла до самого острова и успешно к нему пристыковалась.
В следующий миг он как будто бы подрос. Миша опустил взгляд и увидел, что под ботинками Вукта образовались настоящие коньки. Правда, ледяные.
— Держись за пузо! — Вукт щёлкнул пальцами, и Миша взмахнул руками, ловя равновесие — точно такие же коньки выросли и у него из кроссовок. — Полетели!
Вукт скользнул вниз и в мгновение ока улетел так далеко, что у Миши дух захватило. Ну, блин… Нет, на коньках-то он, конечно, умеет, но чтобы вот так вот…
— Иди в дом, — сказал он Боргенте. — Замёрзнешь ведь.
— Ты лучше о себе беспокойся.
Они недолго посмотрели друг другу в глаза. Миша кивнул и, стараясь не задумываться, сделал шаг вперёд.
Коньки повели себя непривычно. С одной стороны они вроде как примагнитились к безупречно гладкой горке, с другой — скользили, будто салом смазанные. Миша почувствовал, что никаких проблем с равновесием у него не возникает.
Ветер свистел, приходилось щуриться и жалеть, что в этом мире не додумались ещё до защитных очков, но зато о коньках волноваться было ни к чему.
Скорость наполнила сердце восторгом. Миша, издав победоносный клич, заработал ногами, разгоняясь. Интересно, подумал он, сколько километров в час? По ощущениям — не меньше сорока!
