Денсаоли поглядела на меня с удивлением. Я зажёг огонёк на ладони, стряхнул его на ступеньку. Он послушно горел, питаясь одним лишь воздухом, да моим ресурсом. В сцену добавилось интимных оттенков, если судить со стороны. А на самом деле я с облегчением почувствовал, что разговор потихоньку отползает от опасного обрыва.
— Ты? — переспросила Денсаоли. — Мортегар, это не смешно вот ни капельки! Ты — глава клана Огня, маг Пятой Стихии, единственная надежда мира…
— А ты — глава клана Воздуха, — парировал я. — Это во-первых. А во-вторых, какая я «единственная надежда»? Глянь, чем мы занимаемся: собираем Сердца Стихий, которыми будут повелевать другие люди. Может, мне только удастся завладеть Сердцем Огня, и то — не уверен. Если нужны одностихийники… У нас их просто нет. А Сердце стырить надо…
Я незаметно отвлёкся от разговора и ушёл в рассуждения. Сложно это было, что ни говори. Нигде и никто не публиковал правил эксплуатации Сердец. Нужно было на ходу что-то сочинять, а потом верить в это.
— Ты — настоящий глава клана, — возразила Денсаоли. — Ты руководишь. Может быть, не очень хорошо, но руководишь! А я? Сегодня Мердерик ткнул меня в это носом. Я — никто, я даже не марионетка! Я — просто красивое тело, в котором нелепая, трусливая душонка… Я и сама себя презираю. Нет, не я… Та, чьё тело было раньше. Но это ведь и я тоже…
Да уж, скоро можно будет начинать писать исследование на тему «Психология личности с объединённой душой». Похоже, от Денсаоли тут вообще рожки да ножки остались. Наверное, не больше, чем во мне самом осталось от Ардока.
— Не сравнивайся со мной, — говорила Денсаоли. — Ты — настоящий глава, и у тебя есть настоящая любовь. Даже две…
— Асзар… — снова сказал я.
— Я его теряю.
— Чего? — захлопал я глазами. — Да он ведь жениться собирается.
— Ну и что?
— Ну…
— Я так его люблю, что вот-вот стану его мирской супругой. Впаду в позор…
— Ну вот не надо про позор, — нахмурился я. — Натсэ, например, мирская супруга. И ничего в этом позорного я не вижу.
— Потому что она — великолепна! И каждый, кто на неё посмотрит, это понимает. Она любое клеймо будет носить, как высшую награду! А если я упаду в эту бездну, для меня это будет значить — всё. Кто такая Денсаоли? Пустышка, способная только любить. Как комнатная собачка с короткими лапками, которая смешно тявкает. Асзар страшно верный человек. Он будет любить меня, потому что так решил. Он — маг Земли до глубины души, твёрд и несокрушим. А я хочу заслужить его любовь. Понимаешь?
Она с надеждой смотрела мне в глаза. Я — понимал. Да и как не понять, если и сам постоянно хочу заслужить, доказать, подтвердить.
— Авелла в сто раз сильней меня, — продолжала Денсаоли, отвернувшись. — Я видела, как она цеплялась за эту не нужную ей власть, пока тебя не было. Она — цеплялась, а я — просто сбежала, свалив всё на её мать. Хочешь найти виновницу? Вот она я. Трусливая, жалкая… Если бы я нашла в себе силы стать во главе клана, Авелле не пришлось бы даже думать о замужестве.
— Это вряд ли, — возразил я. — Там дело не в политических разногласиях было. Акади знала, что без борьбы Авелла просто погаснет, потому и давила на неё. Поганый, конечно, поступок, но, видимо, иначе было нельзя.
— Я виновата, — упрямо повторила Денсаоли. — И теперь я хочу хоть как-то всё исправить. Я стану как она.
— Как Авелла? — удивился я. Они и вправду были немного похожи — внешне. Впрочем, после нескольких минут общения сходство как-то забывалось — очень уж разные девушки были по характеру. Характер Авеллы — это вообще что-то с чем-то и под чем-то.
— Да! И как ты. Мне тоже ни к чему эта власть, но я научусь. Стану кем-то. Пусть мне придётся сжечь всё внутри себя. Всё слабое и ничтожное. Но для начала я должна доказать, что могу называть себя главой клана. Мне нужно отгадать эту загадку, Мортегар!
— Ладно, что там за загадка? — сдался я.
В споре с собственными доводами я не мог победить. То, что говорила Денсаоли, было мне понятно до самой глубины души. За одним исключением.
Я-то не прочь был послать лесом всю эту сверхпрокачку и вечную борьбу. Мы с Натсэ когда ещё хотели сбежать подальше и жить себе спокойной жизнью, но не сложилось. Потом — уже вместе с Авеллой — пытались осуществить эту мечту в Дирне. И, положа руку на сердце, неплохо ведь получалось! Мы замечательно уживались втроём, у нас было жильё, у меня была работа. И, хотя всё быстро полетело кувырком, вспомнить эти счастливые дни до сих пор приятно. Будь у меня возможность — я бы и сейчас всё бросил и выбрал ту жизнь. Но возможности такой не было. Судьба, Анемуруд, Мелаирим, Старик — все вместе — просто взяли и поставили меня перед фактом: тебе быть героем.
Ну, а если уж быть, так надо быть. Поэтому я, с одной стороны, сочувствовал Денсаоли, как собрат по несчастью. А с другой… С другой стороны, я как будто сидел в тюрьме, а она просто пришла и села рядом. Формально мы вроде как в одном положении, а по факту — я понять не могу, чего бы ей не уйти. Наверное, некоторым людям просто нужно сидеть в тюрьме, воля их пугает.
