Дерек легонько пихнул её локтем в бок.
— Ты собираешься открывать?
Возможно, магия плавила ей мозг. Калли выудила ключи и отперла входную дверь. Дерек не сказал ни слова, но улыбался так, будто видел, как шестерёнки в её мозгу крутились на максимальной скорости. Она покачала головой, чтобы избегать зрительного контакта, пока собиралась с мыслями и избавлялась от любых воспоминаний о Форде, Заклинателе Душ и том, к чему они могли принудить её правильно подобранной угрозой.
— Где твой брат? — спросил Дерек с такой лёгкостью, которая говорила: он совсем не возражал, что Джоша сейчас не было на диване.
Калли открыла рот, чтобы сказать, что он, наверное, в душе, но не услышала шума воды. Трубы были старыми по стандартам пустыни, а стены — тонкими. Если бы там лилась вода, она бы знала.
— Хмм, — только и выдала она.
Подушка Джоша по-прежнему лежала на диване под углом, который он довёл до совершенства для оптимального диванного сна, но одеяло, которым она накрыла его сегодня перед уходом, оказалось сложенным и покоилось на журнальном столике.
Дерек пошёл на кухню и вытащил две коричневые бутылки из холодильника. Он хранил пиво у неё дома. Калли сказала ему, что никогда не держит алкоголь дома, потому что это сделает её пьяницей. Это лишь наполовину правда. Она не хотела обзаводиться привычкой топить свои горести в пиве (это семейная черта), но в то же время у неё не было лишних денег, чтобы держать дома бухло. Если ей приходилось выбирать между хлебом и пивом, то всегда побеждал хлеб.
Дерек откупорил крышки. Калли всё ещё стояла возле дивана, когда он принёс ей выпивку. Она приняла холодную бутылку и сделала быстрый глоток. Диван не давал ей никаких подсказок, хотя она продолжала таращиться на него так, будто он внезапно извергнет Джоша из своих глубин. Он проспал на нём так долго, что может, они слились в гибрид мужчины и дивана.
— Он оставил записку. Кажется, — Дерек стоял немного позади неё, и Калли не осознала, что он отошёл. Ей надо взять себя в руки, пока что-нибудь гадкое не застало её врасплох.
Калли подошла к Дереку, стоявшему возле маленького столика у кухни. Одной стороной столик прилегал к кухонному уголку, но выступал в пространство гостиной. Тут хватало места, чтобы они вдвоём могли стоять возле столика — наверное, в этом и было его предназначение. И действительно, тут лежала маленькая записка.
Почерк Джоша даже самый добрый из учителей называл каракулями как курица лапой. Он изо всех сил старался писать только печатными буквами, но непривычному глазу тяжело такое читать. Калли разбирала его почерк даже лучше Зары.
— Да ты, блин, издеваешься, — пробормотала она.
Дерек подвинулся так близко, что его рука задевала её руку. Он ничего не сказал, но капельки поддержки оказалось достаточно, чтобы она пояснила.
— Он пошёл к маме домой.
— С чего бы, бл*дь, ему тащиться к Заре? — он не стал упоминать очевидный факт, что Зара чокнутая.
— Он её любимчик.
— Сомневаюсь, что у неё есть любимчик.
Калли не отрывала взгляда от клочка бумаги и почерка Джоша.
— Нет, есть, и это он.
Дерек привлёк её к своей груди. Он ещё не избавился от куртки, и она прижалась щекой к участку открытого тела между полосами поношенной кожи. Лёгкий запах мыла «Ирландская Весна» чуточку ослабил тревогу в её груди.
— Не хотел, чтобы это прозвучало так, куколка. Твоя мама ставит себя саму превыше всего остального. Она сама себе любимчик.
Он не ошибался.
— Она не пойдёт на пользу его трезвости, — слова слетели с её губ с протяжным вздохом. Контролировать всех остальных изматывало.
— Она… — Дерек начал, но не закончил.
— Он пишет, что поможет ей приготовить ужин завтра вечером, и нам нужно прийти.
Дерек отстранился ровно настолько, чтобы как следует посмотреть в лицо Калли. Его взгляд пробежался по её глазам.
Она пощадила его.
— Да, действительно.
— Разве Зара не угрожала тебе, когда в последний раз была здесь?
Калли не могла наскрести в себе злости, которая явно омывала Дерека. Его реакция была правильной. Она была честной и настоящей. Это соответствующий ответ на воссоединение с её матерью. Так правильно чувствовать себя, когда тот, кто тебя воспитывал, встал на сторону плохих парней. Она ворвалась в квартиру Калли и потребовала, чтобы она нашла Тесс — соперницу Заклинателя в то время. Ей не было дела до того, как её дочь связалась с магией душ, откуда она знает Заклинателя Душ или Тесс.
Зару не беспокоило, что руки Калли замерзали, когда она находилась возле того, кто использовал магию душ, но в то же время не хотела признавать, что она сама из их числа. Зара заботилась о себе и использовала всех, кого только могла, чтобы достигнуть своих целей. Она могла обжулить священника при наличии мотивации. Полное понимание того, как действовала её мать, как Зара видела её, позволяло Калли избежать ярости, которая должна была опалить её вены. Калли для Зары всегда была лишь средством достижения цели, и теперь она достаточно выросла, чтобы это понимать.
