– Куда? – испуганно спросил директор филиала. – Зачем? Мы выполнили все ваши условия!..
– Не спорю, выполнили, – согласился Пахаро. – А теперь самая пора прогуляться.
– Куда? – еще раз спросил директор.
– Тут недалеко, – усмехнулся Пахаро. – Тем более пойдете вы не пешком. И поторапливайтесь, а то ведь я могу и отменить свою гарантию относительно ваших жизней! Проще сказать, иначе я пристрелю вас в этом кабинете! Ну что, вы идете?
– Я тоже? – пролепетал помощник.
– Тоже! – жестко ответил Пахаро. – Но прежде выслушайте мои инструкции. По фойе вы должны идти спокойно и с радостными лицами – будто провожаете милых гостей. Никаких лишних звуков, взглядов, а тем более жестов! И тогда вы останетесь живы.
Директор, его помощник и четверо сандинистов вышли из кабинета и вскоре оказались в фойе. Шли они гурьбой, никакого боевого порядка не соблюдали. Во-первых, любое боевое построение обязательно насторожило бы охранников, а во-вторых, в таких условиях только так и можно было идти – веселой и беспечной гурьбой. Тем не менее все четверо бойцов держали правые руки в карманах – там были пистолеты со взведенными курками. Если бы охранники что-то заподозрили и вздумали предпринять какие-то действия, пистолеты мигом были бы извлечены из карманов…
Однако пока что охранники ничего не заподозрили. Они лишь проводили странную компанию внимательными сумрачными взглядами, и ничего больше. Они даже не приподнялись со своих мест, да иначе, наверно, и быть не могло. Какие могут быть подозрения, когда сам директор филиала вместе со своим помощником идет с незнакомыми четырьмя людьми, одетыми в военную форму? Наверно, слишком важными были для директора эти люди, если он решил самолично проводить их до самого выхода… Что ж, это его, директора, дело, а вовсе не охранников. У охранников свои обязанности.
Подозрения возникли, когда странная компания миновала выход и очутилась на улице, у стоящих у входа в банк четырех джипов. И как знать, что послужило тому причиной? Может, слишком серьезное лицо самого Сэма Фишера, может чрезмерно напуганное лицо его помощника, а возможно, то, что во всех четырех джипах сидели люди в военной форме… Но скорее всего, то, что, оказывается, директор банка и его помощник усаживались в джипы вместе с незнакомыми гвардейцами. Причем директор – в один джип, а его помощник – в другой… И оба на задние сиденья, промеж двух солдат. В этом было что-то ненормальное, что-то неправильное. Даже помощник директора и тот обычно не разъезжает в военных джипах, да притом таким способом, будто он и не служащий солидного американского банка, а какой-нибудь арестант. И это уже не говоря о директоре! Директору и вовсе не полагалось разъезжать подобным образом, это было несолидно! К тому же, прежде чем усесться в джип, директор почему-то помедлил, вроде как заупрямился, да еще и сказал сопровождавшим его солдатам несколько слов. И лицо при этом у Сэма Фишера было злым и, кажется, как-то по-особенному напряженным… Нет, здесь явно было что-то не так!
Один из охранников вскочил со своего места и выбежал на улицу.
– Сэр, у вас все в порядке? – спросил он, и вопрос этот, конечно же, был обращен к директору. – Может, вам нужна помощь?
Сэм Фишер резко повернул голову и, кажется, что-то хотел ответить охраннику. А может, и ответил, но тот его не расслышал, потому что разом взревели все четыре мотора и все джипы сорвались с места.
– Стой! – заполошно заорал охранник. – Стоять!
На его крик тотчас же выбежали другие охранники с автоматами в руках. Кто-то из них, кажется, даже собрался стрелять вдогонку джипам, но тут же опомнился – там были директор и его помощник, и пули запросто могли угодить в них.
Где-то внутри банка истошно взвыла сирена, по фойе забегали люди. Спустя буквально несколько минут к банку на полной скорости подъехали два автобуса с вооруженными людьми. Это были не полицейские и не гвардейцы Сомосы, это, судя по всему, были люди из «эскадрона смерти». Один из них – должно быть, главный – о чем-то наскоро переговорил с охранниками и тут же бросился в фойе банка – звонить кому-то по телефону. Позвонив, он выбежал из фойе, дал какую-то отрывистую команду, отмахнулся от охранников банка, вскочил в автобус, и оба автобуса, дребезжа и громыхая, умчались. Охранники, яростно щерясь, принялись выпроваживать из банка зазевавшихся испуганных посетителей. Выпроводив всех, охранники принялись спускать на банковские окна стальные жалюзи и запирать двери.
Вначале все четыре джипа с сидящими в них сандинистами и двумя пленниками мчались по улицам и проулкам Манагуа все вместе, короткой стремительной колонной. Сейчас для Пахаро и его бойцов было главным – выбраться за пределы города. А уж там было бы проще, там можно было и затеряться, оторваться от погони, протаранить заграждения на дорогах… За городом сандинисты были бы в своей стихии.
