– Никарагуа, – в раздумье произнес Богданов. – Никарагуа…
– Она, родимая, – подтвердил генерал Скоробогатов. – Мы с тобой люди политически подкованные и знаем, что там сейчас творится, в той Никарагуа. А творится там всенародное восстание против американских поработителей и их приспешников. Революция там творится, вот что. По-ихнему герилья. Так вот вам и нужно помочь их герилье. Помочь тем ребятам, которые герои без всяких иносказаний и прочих прикрас.
Генерал помолчал, с минуту прежним недоверчивым взглядом понаблюдал, как спецназовцы пытаются преодолеть высоченную стену, и продолжил:
– Вот ты послушай, какие подвиги совершили те ребята. Ликвидировали лютого американского приспешника – генерала Уго Монтеса. Это раз. Реквизировали его богатое поместье и раздали все добро трудовому народу. Это два. Реквизировали все богатство убитого генерала. А там, говорят, и деньги, и золото, и чего только нет. Это три. Затем реквизировали у американского банка целую кучу денег на нужды революции – это четыре. Ну и, наверно, числятся за ними и другие революционные подвиги. Но не повезло ребятам, попались. И теперь им грозит лютая и позорная смерть. Говорю это в подробностях тебе затем, чтобы ты осознал то, что спасти этих парней нужно всенепременно. Да, к слову: главного у них кличут так – Пахаро.
Генерал вновь умолк и еще раз придирчивым взглядом оценил действия бойцов.
– Этак, чего доброго, они у тебя и летать скоро научатся, – заметил он. – Ты вот что, Богданов… Составь мне, не сходя с этого самого места, списочек твоих орлов, которые отправятся вместе с тобой в Никарагуа. Много брать не надо, не больше десяти человек. Ну а что ты хотел? Не могу же я отправить туда целую дивизию! Я бы, конечно, отправил, но кто мне это позволит? Скажут, нельзя, всякие такие политические моменты, будь они неладны… Так что придется действовать тайно. А тайно – это значит небольшой группой. Сам понимаешь.
– Понимаю, – кивнул Богданов.
– Ну так вот, – сказал генерал. – Диктуй мне список.
– Так вот сразу не могу, – сказал Богданов. – Нужно посоветоваться с ребятами. А вдруг кто-то по какой-то причине будет не готов к командировке? Всякое бывает.
– Бывает, – согласился Скоробогатов. – Двадцати минут тебе хватит?
– Все равно ведь не дадите больше, – сказал Богданов.
– Не дам, – решительно произнес генерал. – Потому что надо торопиться. Путь неблизкий, да и вообще…
– Как всегда, – усмехнулся Богданов.
Надо так надо. Эти три коротких слова на полном основании можно было бы считать девизом группы Богданова. Даже жизненным кредо его самого и всех его подчиненных. Ровно через двадцать минут генерал Скоробогатов уже читал список тех, кто готов был отправиться на другой конец света – в далекую страну Никарагуа.
– Подполковник Богданов, – читал генерал. – Ну это понятно… Майор Дубко, твой заместитель – тут тоже без возражений. Муромцев, Соловей, Рябов и Терко – к ним у меня также претензий нет, поскольку личности мне известные и заслуженные. Старший лейтенант Малой… А это кто такой? Почему именно он?
– Надежный парень, лихой разведчик, прекрасно зарекомендовал себя в недавней командировке в Африке, – сказал Богданов.
– Ну, если ты за него ручаешься…
– Я ручаюсь за каждого из своих бойцов! – с некоторой резкостью произнес Богданов.
– Ну вот, уже и обиделся. – Генерал взглянул на Богданова. – Я ведь без всякой задней мысли… Просто интересуюсь. Вижу, незнакомый человек, а кто он? Теперь-то мне ясно, кто он. И никаких возражений я не имею. Ладно, остальных характеризуй сам. Чтобы мне повторно не нарваться на твою обиду.
– Лейтенант Казаченок, – сказал Богданов. – Знает испанский язык. Без него мы будем в Никарагуа как глухие.
– Никаких возражений, – сказал генерал.
– Прапорщики Алдар Балданов и Баир Будаев. Тут хитрость. – Богданов едва заметно усмехнулся. – Во-первых, оба они – потомственные охотники. Стреляют так, что лучше и не бывает. Пригодится. Во-вторых, они люди лесные, а воевать нам, скорее всего, придется в лесу. В джунглях. Ну и, в-третьих, они оба буряты.
– И что с того? – не понял генерал.
– Если они буряты, то и внешность у них тоже бурятская, – пояснил Богданов. – А в Никарагуа, я слышал, проживают индейцы. А они в смысле внешности отчасти похожи на бурят. Ну, или буряты на индейцев – без разницы. Мыслю, такая схожесть очень может нам пригодиться.
– А ведь и впрямь, – поразмыслив, согласился генерал. – Что ж, вопросов больше не имею. Теперь слушай, как вы будете добираться до конечного пункта назначения. И что вам нужно будет делать, когда вы до туда доберетесь…
Из Москвы до Никарагуа расстояние немалое. Иначе, чем на самолете, туда добраться было невозможно. Впрочем, и на самолете тоже. Кто бы принял советский самолет в Никарагуа? Да и аэродромов, на которых он мог бы приземлиться, в стране не было. На нескольких примитивно оборудованных никарагуанских аэродромах могли приземляться лишь небольшие самолеты, но никак не огромный транспортный военный самолет.
