Решено было для начала взять «языка», чтобы побольше разузнать о делах, творящихся на острове. Добыть «языка» было поручено Казаченку, Малому и Балданову. Казаченок знал испанский язык, и это могло пригодиться в добыче «языка». Балданов внешне был похож на местных жителей, и это тоже могло сыграть свою роль. А что касается Малого, то у него такие тонкие дела обычно получались ловчее, чем у всех прочих. Ловчее – это в данном случае было очень важно, потому что «языка» необходимо было брать с первой попытки. Иначе на острове возникнут шум и гам, а это заведомо сулит провал спецоперации. Спецназовцам ни в коем случае нельзя было поднимать шум, им нужно было оставаться незримыми и неслышимыми. И еще неотличимыми от противника. Только в этом случае они могли рассчитывать на удачу. Их было всего десять человек, с учетом Кучильо одиннадцать, а противника – неисчислимо больше.
– Пойдете на остров внаглую, – напутствовал Казаченка и Малого Богданов. – Прямо как есть – в грязи и болотной тине.
– Понятное дело, – усмехнулся Малой. – Это чтобы никто не мог зафиксировать наши личности.
– Вот именно, – сказал Богданов. – А если кто спросит, откуда вы такие, то ответьте, что вы возвращаетесь из разведки. Кто вас заподозрит в том, что вы чужие, если вы ни от кого не таитесь? Отвечать будешь ты, Георгий, а вы даже рта не раскрывайте. Малой, тебя это касается в первую очередь. Из тебя латиноамериканец, как из меня любимая жена падишаха. Играйте лицами, изо всех сил изображайте бывалых наемников, но молчите. Говорить будешь ты, Георгий. Ну, ступайте. И возвращайтесь с добычей.
– Будь спокоен, командир, – заверил Малой. – Мы это дело обстряпаем на раз!
Психология в том деле, которым занимаются спецназовцы, – вещь крайне важная, в иных случаях просто необходимая. Так было и в этом случае. В самом деле, кто может тебя в чем-то заподозрить, если ты у всех на виду вываливаешься из болота на остров? Разве что спросить, откуда ты такой и почему ты весь в грязи и тине.
Так и случилось. Никто из людей на острове не заподозрил Казаченка, Малого и Балданова в том, что они чужие. Про внешний вид, конечно, спросили, даже отпустили на этот счет пару незамысловатых шуток.
– Из разведки мы возвращаемся, – коротко пояснил Казаченок.
Это было исчерпывающее объяснение. Понятное дело – каким можно вернуться из разведки, когда кругом болото? Тут даже и шутить неохота, настолько все ясно. А уж спрашивать у разведчиков, что они делали в разведке, и вовсе не принято.
Поэтому после первых же вопросов спецназовцев оставили в покое, никому не было до них особого дела.
– Слушайте, – шепнул Малой Казаченку и Балданову, – а что, если нам малость прогуляться по острову? Сдается мне, наши личности никого не интересуют. Здесь все такие же чумазые и обтрепанные. Прогуляемся, приглядимся, разведаем… «Язык» – это, конечно, хорошо, но разведка лучше. «Язык» может и соврать, а твои глаза тебе не соврут. Ну что скажете?
Соблазн, конечно, был велик. Но и опасность тоже немалая. В любой момент на спецназовцев могли обратить пристальное внимание, о чем-то их спросить, дать им какую-нибудь команду. И что тогда? А тогда могло случиться все что угодно. И все же, все же…
– Ладно, – сказал Казаченок. – Прогуляемся. Но самую малость…
Даже малости хватило, чтобы понять, что на острове какая-то кутерьма и неразбериха. Куда-то бежали вооруженные люди, отовсюду раздавались резкие команды.
– Чего это они как ошпаренные? – удивился Малой. – Будто ловят вора на ярмарке.
– Может, и ловят, – ответил Казаченок. – Я даже догадываюсь, кто этот вор. Мы с тобой. Наверняка они уже знают об уничтоженной засаде на том островке.
– Это они вовремя спохватились! – ухмыльнулся Малой.
– Ладно, – сказал Казаченок. – Не будем искушать судьбу. Побежим и мы. Чтобы, значит, быть в едином порыве.
Они припустили бегом и вскоре достигли некоего места, которое, в принципе, можно было назвать центром острова. Здесь было несколько длинных приземистых бревенчатых сооружений, виднелись и другие какие-то строения поменьше.
– Похоже на казармы, – сказал Казаченок. – И всякие прочие командные пункты…
– Так и есть, – согласился Малой. – Значит, и тюрьма с арестантами где-то здесь. Не у болота же ей находиться. Тут ее удобнее охранять. Что ж, учтем такое дело.
– Идем назад, – скомандовал Казаченок. – Разведали – и ладно. Все остальное нам скажет «язык».
До края острова, где неподалеку притаились их товарищи, Казаченок, Малой и Балданов не дошли, а добежали. Так было безопаснее, потому что сейчас на острове бегали все. Теперь нужно было выследить добычу, то есть какого-нибудь зазевавшегося боевика, обездвижить его и незаметно уволочь в кусты, окружавшие остров. Но попробуй-ка его так вот запросто выследи! Это было делом непростым, можно сказать, ювелирным.
– Ждем, – сказал Казаченок.
Ждать пришлось недолго. Вскоре к ним подошел какой-то боевик, по виду и по поведению кто-то из командиров.
– Что вы здесь делаете? – резко спросил он.
– Мы только что из болот, – спокойно ответил Казаченок. – Возвращаемся из разведки.
