На поиски пленников решили идти, когда стемнеет. Так было проще. Темнота, если разобраться, – это тоже оружие. В темноте проще подобраться к цели, в темноте проще укрыться, из темноты легче ударить, темнота скрывает твое лицо и твои намерения. Все это важно само по себе, но еще важнее, когда вас всего одиннадцать человек, а неприятеля никак не меньше шести десятков человек. А остров, между тем, небольшой, так что укрыться на нем или хотя бы как-то сманеврировать почти невозможно.
На остров можно было проникнуть двумя способами. Первый способ – это, воспользовавшись темнотой, просочиться сквозь оборонительные заслоны, выстроенные боевиками из «эскадрона смерти». В бинокли спецназовцам хорошо было видно, что такие заслоны выстроены весьма грамотно, а значит, являются серьезным препятствием. По сути, баррикадами из бревен, окопами и вышками был окружен весь остров. С какой стороны на него ни сунься, везде тебя встретят кинжальным пулеметным и автоматным огнем. А ведь помимо пулеметов и автоматов у боевиков имелись еще и легкие переносные минометы. Словом, попробуй еще просочись.
Второй способ также не отличался особой оригинальностью. Можно было попытаться проникнуть на остров не таясь, внаглую. Конечно, тут имелись свои сложности, и немалые. Нужно было убедить боевиков на острове, что спецназовцы – это вовсе не спецназовцы, а свои. Но как это сделать, чтобы боевики поверили? Еще раз попробовать сказать, что это вернувшаяся из болот разведгруппа? Вряд ли боевики поверят спецназовцам так же легко, как поверили в первый раз. Какая такая группа, по чьему приказу, почему ночью? Ну, и так далее… Да уж, не слишком удачный способ, что и говорить. Но ведь никаких других способов не виделось, их просто не было!
И тут в голову Степану Терко пришла удачная мысль.
– Ну, а наш-то «язык» для чего? – сказал он. – Сидит, понимаешь ли, привязанный к дереву, как какая-нибудь собака. А давайте-ка мы задействуем его в нашем деле! Пускай он искупит свою вину перед народом! Нужно ему только как следует все объяснить…
Дальше свою мысль Терко развивать не стал, потому что всем сразу и так все стало понятно. Действительно, почему бы не попытаться проникнуть на остров с помощью плененного «языка»? Нужно только как следует обдумать детали предстоящей операции и разъяснить этому Дракону, что от него требуется…
…Ровно в полночь, когда основательно стемнело, группа Богданова в полном составе вышла из кустов и ступила на остров. Впереди шел Дракон, рядом с ним Казаченок. У Казаченка в руках был пистолет, и этот пистолет срезом дула упирался в ребра Дракона.
– Смотри, амиго! – предупредил Казаченок Дракона. – Твоя жизнь зависит от тебя. Чуть что – и я нажму на спусковой крючок. А если ты все сделаешь правильно, то останешься жив. Ты хорошо меня понял?
– Я понял, – торопливо ответил Дракон. – Я сделаю все так, как надо!
– Ну смотри.
– Стоять! – раздался из темноты голос. – Вы кто? Откуда?
– Говори! – Казаченок ткнул Дракона пистолетом в бок.
– Часовой, подойди ко мне! – повелительно произнес Дракон. – Я помощник коменданта острова. Ты должен знать меня в лицо!
Часовой, помедлив, подошел и осветил лицо Дракона фонарем.
– Узнал? – спросил Дракон.
– Узнал, – ответил часовой. – А кто это с вами?
– У вас все в порядке? – не отвечая на вопрос часового, спросил Дракон. – Все тихо?
– Пока что тихо, – ответил часовой.
Было заметно, что он пребывает в недоумении, его, судя по всему, смущали какие-то предчувствия, а может, то обстоятельство, что вот, де заместитель коменданта острова вдруг возник со стороны болота, к тому же не один, а в сопровождении каких-то непонятных личностей, но факт оставался фактом. Вот он, помощник коменданта, собственной персоной, и потому задавать какие-то дополнительные вопросы не имеет смысла.
– Смотрите не усните, – сказал Дракон. – Сандинисты совсем близко. Наша разведка их засекла. Через два или три часа они будут здесь.
Теперь часовому все было понятно. Это помощник коменданта Дракон, а рядом с ним только что вернувшиеся из разведки его люди. Стало быть, спрашивать больше не о чем.
Ничего больше не говоря, Дракон пошел дальше, а с ним и спецназовцы.
– Молодец, амиго, – сказал Казаченок. – Ты благоразумный человек. Веди нас к тому месту, где вы держите пленников. И помни о своей смерти. Она совсем от тебя близко. Так что не дури. – И Казаченок ткнул срезом ствола в бок Дракону.
– Мне моя шкура пока еще дорога, – ответил Дракон.
– Вот это правильные слова! – одобрил Казаченок.
– Он правильно нас ведет? – спросил Богданов у Малого. – Ты ходил в разведку, так что должен был запомнить путь.
– Вроде правильно, – ответил Малой. – Мы идем в центр острова. Пленные где-то там.
– Стой! – вдруг раздался откуда-то из темноты голос. – Не двигаться! Кто такие? Куда идете?
Из темноты возникли шесть силуэтов людей.
– Отвечай! – шепнул Казаченок Дракону.
– Я помощник коменданта острова, – громко произнес Дракон. – Со мной мои люди.
Один из часовых поднес к лицу Дракона фонарь, затем по очереди осветил лица спецназовцев.
