Братья-мусульмане в Египте, – продолжал Азиз, – солидная сила. В течение первой недели после начала кризиса они приняли негативное для нас заявление. Вчера появилось новое заявление с иным содержанием. Многие стали пересматривать свою позицию в нашу пользу. Таким образом, позиции тех, кто противостоит нам сейчас, в будущем ослабнут, в то время как позиции той группы стран, которые нас поддерживают, наоборот, укрепятся. Таковы настроения среди арабов. Десятилетиями в арабских странах копился гнев против США, Израиля и тех арабских правительств, которые сотрудничали с ними. Американцы высадились в регионе, действуя как бы по сценарию одного из известных фильмов про Рэмбо. Они рассчитывали, что легко проделают то, что Киссинджер назвал «хирургической операцией». Но жизнь – это не кино. У нас есть миллионная армия, пять тысяч танков, сотни самолетов, ракеты. Мы имеем большой опыт ведения войны. Если американцы нанесут удар с воздуха, наши танки не будут ждать и ответят ударом по их сухопутным силам. Если завяжется борьба не на жизнь, а на смерть, мы пойдем бить американцев и их союзников. Эта битва будет продолжаться месяцы. Америка понесет такие потери, которых она еще не знала (далее шли рассуждения Азиза о малом весе в глазах арабов кувейтской проблемы по сравнению с палестинской или проблемой Иерусалима, пренебрежительные характеристики государств Залива, утверждения, что Ирак еще никогда не был так сплочен, как сейчас).
Я надеюсь, что читатель не посетует, если я дословно приведу сказанное мною министру иностранных дел Ирака. Думаю, это небезынтересно, например, даже с точки зрения наших тогдашних оценок ситуации и меры нашей откровенности с иракцами. А сказал я следующее.
Вопрос об арабском единстве для нас не абстракция, а нечто, имеющее существенное значение для нашей политики и интересов. Для Вас не секрет, что СССР всегда призывал к тому, чтобы арабские государства выступали с единых позиций. У нас с арабским миром больше объединяющих, чем разъединяющих моментов. Мы с сожалением вынуждены констатировать, что события последних месяцев внесли глубокий раскол среди арабов. Мы принимаем к сведению изложенное Вами относительно положения в регионе. Наше восприятие этого положения в чем-то совпадает, а в чем-то отлично от вашего.
Во-первых, у нас создалось впечатление, что в вопросе об аннексии Ираком Кувейта весь арабский мир выступает против Ирака. Действительно, к династии Сабахов отношение в арабских странах и различных слоях арабского общества разное. Но я не знаю ни одного арабского государства, которое заявило бы, что применение Ираком силы против Кувейта справедливо. Даже Иордания, Ливия, Йемен и другие перечисленные Вами страны заняли позицию осуждения этого шага.
Во-вторых, по каким направлениям идет раскол в арабском мире? На наш взгляд, у арабских государств различные подходы к вопросу о направлении своих войск на Аравийский полуостров. Другой глубокий раскол идет по линии отношения к присутствию иностранных, в частности американских, войск в регионе. Причем расстановка сил по этим двум вопросам различна. Таким образом в нашем восприятии положение в арабском мире более сложно, чем я уловил в Вашем изложении. Вместе с тем мы готовы согласиться с Вашим тезисом о том, что массированное присутствие американских войск вызывает все большую негативную реакцию в арабских странах. Мы это учитываем. Думаю, что это учитывают и американцы. В этой связи я не склонен полагать, чтобы правительство США было расположено долго ждать. Вот почему товарищ Горбачев обратил Ваше внимание на важность фактора времени. То, что возможно сейчас, будет невозможно завтра.
Я не хотел бы комментировать то, что Вы говорили относительно внутреннего положения в Ираке. В словах товарища Горбачева я увидел серьезную заботу о том, в каком тяжелом положении может оказаться дружественный нам иракский народ. Совершенно очевидно, что в отсутствие политического урегулирования положение в Ираке будет становиться все более сложным. Как это скажется на настроениях широких народных масс, Вам виднее. Но мы не стали бы сбрасывать со счетов вероятность того, что ухудшение жизни будет вызывать отнюдь не прилив энтузиазма и любви к правительству.
Вы вернулись к примеру, который привел Президент СССР относительно положения, в котором оказался Египет в 1967 году. Тогда нам пришлось спасать Египет. Положение его было отчаянным. Лишь тогда, когда нам удалось достигнуть договоренности с США, было остановлено наступление Израиля. Насер совершил крупную ошибку. Заставив уйти войска ООН, он по существу открыл путь израильскому нападению.
