Наконец-то меня пригласили в штаб-квартиру Организации, замаскированную под офисный центр. Внутри ничто не выдавало нас: простое помещение из нескольких комнат с видом на московскую чепуху, разве что огромная библиотека, древние географические карты и шарж магистра Инститориса на стене могли вызывать некоторые подозрения. Один из братьев сразу же взялся за меня и начал проверку, заявив, что Организация не сможет выделять материальные средства в пользу Санкт-Петербургского филиала, – и стал смотреть выжидающе. «Так что рассчитывай на свои силы», – добавил брат, и меня прошиб холодный пот. Сомнений не было, это фамильярное «ты» от ученика Инститориса могло означать лишь одно: меня сканируют, руководствуясь особыми указаниями самого мастера. Если бы в моём взгляде мелькнуло осуждение, то всё было бы кончено; если бы в моё сознание закралась мысль о том, что в организации идёт борьба за распределение финансов, то я не выдержал бы проверки. Конечно, брат к тому времени рассмотрел мою материальную незаинтересованность, но вот что касается гордыни, духовной «прелести», то эти пороки и вправду свойственны многим неофитам. Брат нарочно надел мешковатый костюм и частенько зевал, не прикрывая рта и демонстрируя кариесные зубы с жёлтым налётом на клыках, – наверняка всё было продумано заранее, вплоть до запрета на чистку зубов. Для убедительности он выругался себе под нос и недовольно отвернулся, когда я сказал, что деньги меня не волнуют вообще, что для меня большая честь просто быть причастным к делу и всячески содействовать его успеху. Я подумал: неужели брат ревнует меня к магистру, видит во мне соперника? Но я взял себя в руки, осознав близость своего падения: просто брат снова проверял меня, для пущей правдивости сморкаясь в кулак. Впоследствии я узнал, что он испытывал на мне так называемый метод Хрущёва. Позднее, когда я достиг высших градусов посвящения, то и сам проделывал подобные фокусы. Например, мне было велено разнести слух, будто бы Инститорис лишь терпит возле себя всякое отребье, потому что некому больше исполнять административную работу. Таким образом надо было выявить людей, способных поверить в подобную дичь. Под видом сугубо интеллектуального и творческого проекта была создана целая театральная лаборатория, и в ней участвовали все братья и сестры, хотя многие об этом не подозревали. Пьеса разыгрывалась в жизни: кто-то играл роль обманутой жены, кто-то коварной любовницы, а кто-то изображал пронырливого подстрекателя, но всё это было взаимной проверкой на преданность. «Внешние» братья низших градусов не догадывались, что попали в театральную лабораторию, и мы беззлобно смеялись над их наивностью, когда поползли слухи о семейных интригах магистра Инститориса. «Внешние» не знали, что все фракции, левое и правое крыло были созданы нарочно, чтобы враги не могли распознать наше высшее единство. Мы строили из себя предельно разобщённых, гротескных радикалов, но если кто-то случайно догадывался, что это фарс, то человека приходилось включать в ряды посвящённых или физически устранять. Иногда мы сотрудничали с государством. Например, при поддержке шейха Али ибн Рушди, разыграли погром торговых рядов; для этого ложа братьев мусульман «Вахъ-Ба-бах!» и ложа «Девкалион» встретились в загородном лагере под Москвой, где обсудили нюансы запланированной акции. Органы внутренней безопасности снабдили нас бутафорскими дубинами, балаклавами, пакетиками с искусственной кровью. Часть батальных сцен отсняли на студии «Мосфильм». Уже на другой день телеканал BBC вопил об исламских погромах и русских националистах. По случаю успеха магистр наградил всех участников операции орденом Белого полумесяца и собственноручно откупорил бутылочку
Театральная лаборатория была создана, чтобы покончить со всеми человеческими страстями братьев. Теперь, если и впрямь начинается ссора, братья принимают её за очередное испытание: ты уже не поверишь, что кто-то злорадствует, завистничает или строит козни, скорее ты подумаешь, что это новый экзамен, инициация в следующий градус. С этой целью разыгрываются измены, драки, оргии, попойки, хотя братья высших степеней никогда не проливают семени, уподобляясь даосам; что касается алкоголя, то он просто на них не действует, и мастером считается тот, кто лучше всех изображает опьянение, ведь далеко не каждому удаётся сделать это профессионально.
Магический розыгрыш мирового масштаба связан с именем Никиты Сергеевича Хрущёва…
