МИФы полностью

После того как во время побега она поплавала в воздухе, словно воздушный шар над праздничным парадом, мы опасались, что из всех членов нашей группы быстрей всего узнают именно ее. И поэтому мы не только перекрасили ее броские оранжевые волосы, но и настояли, чтобы новый костюм прикрывал ее по возможности побольше. Для такой цели Вильгельм нашел платье, названное им «му-му» — уже одно это отнюдь не вызывало у моей ученицы приязни к ее новому наряду.

— Нет, в самом деле, Девятый Вал, — воскликнула она, тесня меня в угол. — Разве мало того, что полгорода видело меня в образе дирижабля? Ну скажи, неужели я должна быть теперь и коровой.

— Честно говоря, Маша, — вступил в разговор Вильгельм, — такая мода довольно популярна здесь, в Блуте. Платья вроде твоего носят многие дамы, которые… то есть немножко…

— Толстые?! — Она надвинулась всей своей массой на маленького вампира. — Ты это слово подыскиваешь, несчастный коротышка?

— Давай смотреть правде в глаза, дорогая, — пришла на выручку Тананда. — У тебя есть-таки немного лишнего веса. Поверь мне, когда облачаешься в маскарадный костюм, нельзя заблуждаться насчет своей комплекции. И если уж на то пошло, этот наряд тебя немного стройнит.

— Не пытайся обмануть обманщицу, милочка, — вздохнула Маша. — Но насчет переодевания ты права. Хотя эта штука такая невзрачная. Сперва я дирижабль, а теперь вот — армейская палатка.

— Вот с этим я соглашусь, — кивнула Тананда. — Только мужчина может откопать такое невзрачное «му-му». Вот что я тебе скажу. Есть у меня один шарфик, я собиралась сделать из него кушак, но ты, наверное, могла бы носить его на шее.

Я боялся, что это последнее замечание вызовет еще один взрыв, но Маша восприняла его как полезное предложение, и обе отправились на поиски других возможных украшений.

— Есть свободная минутка, партнер?

По тону Ааза я понял, что настал тот самый миг, которого я страшился.

Коррешу вообще не приходилось беспокоиться о личине, так как тролли в этом измерении — дело обычное. Тананда тоже настаивала, что она достаточно похожа на вампиршу, чтобы сойти за таковую при минимальной модификации. Я не видел вампирш с зелеными волосами, но ей они, похоже, попадались, и поэтому я, как всегда, уступил ее большому опыту в таких делах. Я тоже, по общему соглашению, нуждался в «минимальной личине», поскольку никто в Блуте не разглядел меня как следует, чтобы хорошо запомнить. Хоть я и не пришел в восторг от такой неприметности, но возражать не стал… особенно когда увидел переживания Гвидо и Маши. О трудностях, с коими столкнулись обе наши знаменитости, я уже упоминал: они были досадными, но не непреодолимыми. А ведь еще приходилось думать об Аазе…

— Что-нибудь случилось? — невинно спросил я.

— Можешь биться об заклад на жизнь своего дракона, кое-что случилось! — прорычал мой партнер. — И не пытайся разыгрывать святую невинность! Это у тебя не получалось, когда ты был учеником, и, разумеется, не получится и сейчас.

Личина Ааза представляла для нас несколько сложных проблем. Он не только находился в розыске, он был едва ли не самым приметным в нашей группе. После суда и пребывания в тюрьме сомнительно, чтобы хоть один гражданин Блута не узнал бы его с первого взгляда. Я имею в виду, что просто-напросто по любому измерению бродит не так уж много чешуйчатых зеленых демонов… за исключением, возможно, его родного измерения Извр. Поэтому мы решили… почти единогласно… что нам необходимо не только сменить с помощью грима цвет моего партнера, но также и его пол.

— Это, наверное, имеет какое-то отношение к твоей личине? — спросил я, пытаясь сохранить бесстрастное выражение лица.

— Да, это имеет некоторое отношение к моей личине, — передразнил он, — и клянусь всеми богами, партнер ты или нет, если ты сейчас улыбнешься, тебе конец. Понятно?

Огромным усилием я втянул щеки и закусил нижнюю губу.

— Но послушай, — почти умоляюще сказал он, — шутки шутками, но не думаешь же ты в самом деле, будто я покажусь на публике в подобном виде, ведь так?

Вдобавок к вышеупомянутому гриму личина Ааза требовала платья и парика. Из-за размеров головы моего партнера (Вильгельм предусмотрительно не стал выпячивать эту проблему) выбор имеющихся в наличии париков для него был, понятно, невелик. Проще говоря, в наличии имелся только один образец его размера, называвшийся «Леди Игого-Дива» и представлявший собой высокую белокурую прическу в виде улья с длинным конским хвостом, свисавшим ему до колен. На самом-то деле этот конский хвост оказался удачным дополнением к личине моего партнера, поскольку Вильгельм избрал для него синее платье с исключительно большим декольте; и перекинутые через плечо волосы помогали решить проблему дефицита материала для набивки груди.

— Как однажды сказал мне мой мудрый старый наставник, когда я столкнулся со схожей проблемой, — философски заметил я, — какая разница, что о тебе подумают? Все равно им лучше не знать, что это ты. Для того и весь сыр-бор.

— Но этот наряд унизителен!