— На это могу ответить я, Скив, — вмешался Дон Брюс. —
— На это пойдут не только наши деньги, — медленно проговорил Ааз, стараясь не встречаться со мной взглядом. — Другие тоже отстегнули из своих сбережений — Тананда, Корреш, Маша, даже Гвидо с Нунцио. Мы все участвуем в деле.
— Мы тоже, — объявил мафиози. — Запишите Синдикат на половину этой суммы.
Не уверен, кто больше удивился — Ааз или я. Но оправился первым Ааз.
— Это очень мило с вашей стороны, Дон Брюс, но вы на самом деле не понимаете, что здесь происходит. Скив — игрок начинающий, если не сказать сильнее. Ему однажды повезло, а к тому времени, когда фабрика слухов кончила об этом трепать, он уже огреб вызов на матч от Малыша. Отказаться он не может, так как будет тогда выглядеть дураком, а при спущенном с цепи Топоре мы не можем позволить себе никакой плохой прессы, если в состоянии избежать этого. Потому мы скинулись, и теперь пускай Скив пойдет на этот матч и хоть проиграет достойно. Исход предрешен. Малыш съест его заживо.
— …А вы, похоже, меня не слушали, — громыхнул в ответ мафиози. — Если Скив выглядит плохо, плохо выглядим и мы. Синдикат поддерживает своих людей, особенно когда речь идет об их образе в глазах общественности. Выигрыш или проигрыш, но половина за нами. Мы в доле, идет?
— Как скажете, — пожал плечами Ааз.
— …И постарайтесь зарезервировать мне пару мест. Я хочу увидеть своего мальчика в действии — собственными глазами.
— Это недешево обойдется!
— Разве в этом дело? Просто…
Я больше не слушал их разговор. Оказалось, я даже не представлял, как крепка может быть поддержка друзей.
Четверть миллиона…
Вот в этот миг в моем мозгу и выкристаллизовалось нечто, смутно витавшее там уже несколько дней. Что бы там ни думали другие, я собирался приложить все силы и выиграть в этой игре!
Вечером, когда мы отправились в «Равные шансы», Базар окутала аура ожидания. Сперва мне казалось, что я просто вижу все иначе из-за своих предчувствий и нервозности. Однако по мере того как мы шли, становилось все более и более очевидным, что дело тут не только в моем воображении.
Ни один лоточник, ни один магазинный зазывала не подходил к нам, ни один девол не окликал нас, предлагая сделку. Напротив, при нашем приближении разговоры и дела приостанавливались и все поворачивались в нашу сторону. Некоторые желали удачи или дружески шутили, что увидятся со мной после игры, но по большей части все просто молча завороженно глазели на нас.
Если у меня возникали когда-нибудь сомнения насчет эффективности и размаха фабрики слухов на Базаре, то в тот вечер они отпали. Все и
В определенном смысле это было забавно. Ранее я уже упоминал, что в районе, непосредственно примыкающем к нашему дому, я старался держаться в тени и не высовываться. Мои недавние походы по лавкам принесли мне определенную известность, но она не шла ни в какое сравнение с теперешней. В этот вечер я был настоящей знаменитостью! Сознавая неопределенность исхода игры, я решил воспользоваться моментом и сыграть свою роль как следует.
В целом это было нетрудно. Мы и так уже представляли собой внушительную процессию. Гвидо и Нунцио, в традиционных для своей профессии полушинелях и при оружии, шли впереди, расчищая нам дорогу сквозь толпу зевак. Тананда и Корреш с мрачным видом замыкали шествие, зыркая глазами на всякого, кто казался подобравшимся чересчур близко. Ааз шел непосредственно передо мной, неся в двух больших мешках нашу ставку. Если бы у кого-то и возникла бы мысль изъять у нас деньги, то достаточно было только посмотреть на раскованную походку Ааза и увидеть блеск в его желтых глазах, чтобы подумать о более легких способах разбогатеть… например, борясь с драконами или намывая золото на болоте.
Клади мы оставили дома, невзирая на ее бурное негодование. Я твердо стоял на своем. Эта игра и без того будет достаточно тяжелой. Маша вызвалась остаться с нею, заявив, что она все равно слишком нервничает, чтобы с удовольствием следить за игрой.
Банни облачилась в облегающий ослепительно белый наряд и повисла у меня на руке, словно в ее жизни не было ничего важнее меня. Не одна пара завистливых глаз бросала быстрые взгляды то на нее, то на меня и снова на нее.
Никто, однако, не заблуждался по части того, кто был в центре внимания. Догадываетесь? Конечно, я! В конце концов, ведь это я шел сцепиться рогами с легендарным Малышом Мятный Заход на его собственной территории — карточном столе. Банни выбрала, что мне надеть, и я блистал в темно-каштановой рубашке с открытым воротом, подобранной под светло-пепельный костюм. Я чувствовал себя, да и выглядел на миллион… ну, на четверть миллиона. Если мне предстояло сегодня получить на блюде собственную голову, то я по крайней мере приму ее с шиком, к чему, собственно, и сводилась вся суть этого мероприятия.
