— Всякого работающего на улице постоянно преследуют, — парировал он. — Именно так полиция охраняет высокопоставленных граждан от коммерсантов вроде меня, слишком бедных, чтобы позволить себе обзавестись магазином. Это и впрямь безопасней, чем хватать настоящих преступников, — те ведь и пристрелить могут. Нам следует быть благодарными защитникам правопорядка. Если б не они, измерение переполнили бы уличные торговцы и нарушители правил парковки.
Мне бы радоваться, что меня наконец оставили в покое после того, как совершенно допекли расспросами. К несчастью, я долго пробыл Великим Скивом и в таком качестве больше привык находиться в центре внимания.
— По-моему, вопрос стоит так: предъявляют нам обвинение в каких-то преступлениях или нет? — решительно вмешался в разговор я. — Я все еще жду ответа.
Несколько мгновений капитан зло смотрел на меня, но когда я все же не отвел взгляд, он вздохнул.
— Нет, на этот раз мы не выдвигаем против вас никаких обвинений.
— Значит, мы можем уйти?
— Но сперва вам придется ответить еще на несколько вопросов. После этого вы…
— Эти «еще несколько» будут новыми вопросами или теми же самыми еще раз?
Полицейский прожег меня взглядом, но теперь, когда я знал, что опасность нам не грозит, искренне забавлялся происходящим.
— Новыми, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— Ладно. Валяйте. Мишень для обстрела готова.
Я вдруг сообразил, что такой образ не очень удачен в помещении, где полно вооруженных полицейских, но это проскочило незамеченным.
Прежде чем продолжить, капитан шумно прочистил горло.
— Господин Скив, — официально начал он, — желаете ли вы выдвинуть обвинения против напавших, находящихся у нас под арестом?
Что за глупый вопрос? Конечно, желаю.
Кальвин неистово махал мне, показывая на Дж. Р. Уличный торговец качал головой, молча демонстрируя твердое отрицание.
— Гм… прежде чем я приму решение по этому вопросу, капитан, — увильнул я от прямого ответа, пытаясь понять ход мыслей Дж. Р., — вы не могли бы объяснить мне, что произойдет, если я не выдвину никаких обвинений?
— Тогда мы скорее всего продержим их до завтрашнего утра, но потом, допросив, разрешим уйти.
Такой гуманизм по отношению к пытавшейся меня ограбить шайке показался мне неуместным. И все же Дж. Р. знал, что делал, и я не собирался действовать вопреки просигналенному им совету.
— А если я
— Я не судья, — пожал плечами капитан, — и поэтому ничего не могу утверждать наверняка… но предположение на сей счет высказать нетрудно.
— Будьте любезны.
— Мы обвиним их в попытке нападения с целью ограбления и в нанесении тяжких телесных повреждений… но в покушении на убийство мы вряд ли сможем их обвинить.
Меня такой ответ вполне удовлетворил, но полицейский еще не закончил.
— …Потом суд назначит адвоката, а может, он даже уже есть, и тот договорится об их освобождении под залог. Деньги они, вероятно, достанут у поручителя и уже до завтрашнего полудня будут на свободе.
— Что? Но они же…
— На назначение дня суда уйдет пара месяцев. К тому времени из всех улик останутся лишь ваши показания… а ребята эти мало того что местные, но и превосходят вас в численности.
До меня начало доходить.
— …То есть если дело, конечно, дойдет до суда. Вероятно, произойдет какой-то торг за признание, и они признают себя виновными в менее тяжком преступлении, а это означает меньший срок с правом на досрочное освобождение под честное слово — если срок вообще не сделают условным сразу по вынесении приговора…
— Тпру! Погодите! Я лучше просто забуду о предъявлении обвинений.
— Так я и думал, — кивнул капитан. — Такой путь самый легкий для всех. В конце концов, вы ведь невредимы, да и деньги по-прежнему при вас.
— Но следующий, на кого они нападут, может оказаться не таким везучим, — сухо обронил я.
— Я не сказал, что такой поворот дела самый лучший, он всего лишь самый легкий.
Прежде чем я успел придумать на это остроумный ответ, в дверной косяк постучал полицейский в мундире и, войдя в помещение, вручил капитану лист бумаги. Когда тот пробежал его глазами, что-то в его сжатых губах заставило меня заволноваться.
— Ну и ну, господин Скив, — произнес наконец капитан, бросая бумагу на стол перед собой. — Похоже, вы не впервые имеете дело с полицией с тех пор, как прибыли в это измерение.
— Ого! — воскликнул Кальвин, закатывая глаза. — Вот оно, началось!
— Что вызвало это утверждение, капитан?
Предчувствие подсказывало мне, что прикидываться невинным совсем не лучший вариант. К несчастью, никаких других мыслей насчет того, как себя вести, у меня не имелось.
— Это вот только что полученный рапорт. Я сразу подумал, что не помешает свериться с другими участками и посмотреть, не слышали ли там о вас, и, по всей видимости, там слышали.
— Так вот почему они тянули время, — вставил Дж. Р. — Дожидались рапортов. Это называется полицейской оперативностью.
Капитан проигнорировал его:
— Согласно данному рапорту, у вас уже произошло два столкновения с полицией. В первый раз из-за подозрительного поведения на улице…
