После вступления в бой второго эшелона 18-го и 29-го тк количество танков на направлении главного удара увеличилось почти вдвое, вражеские артиллеристы и танкисты физически не успевали вести огонь по подходящим боевым машинам. Это в какой-то степени помогло 181, 170 и 32-й тбр прорваться на гребень высоты 252.2 и в район свх. «Октябрьский». Теперь непосредственно в единоборство с бронетехникой вступила пехота противника, но, не выдержав натиска, эсэсовцы начали отступать. Под прикрытием лесополосы вдоль железной дороги и дыма 15 Т-34 под командованием майора С.П. Иванова из 32-й тбр прорвались в глубь обороны мд СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» на 5 км и заняли свх. «Комсомолец».
В 13.30 противник был окончательно выбит из свх. «Октябрьский», располагавшегося на стыке корпусов Бахарова и Кириченко, и начал отходить на юго-запад. На левом фланге 29-го тк также наметился определённый успех. Казалось, ситуация начинает склоняться в нашу пользу. Но, видя обозначившийся прорыв, Т. Виш вызвал в полосу дивизии авиацию, бомбёжка длилась больше часа. К 14.30 мд СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» при поддержке люфтваффе сумела остановить продвижение главных сил армии Ротмистрова. Несмотря на героизм и самоотверженность гвардейцев, атака на направлении главного удара ожидаемого результата не принесла, а резервов для её продолжения не было. Тяжелейшая ситуация сложилась и у соседа справа – 5-й гв. А. Его войска в излучине р. Псёл не смогли перейти в контрудар, как было запланировано. Дивизия СС «Мёртвая голова» в ночь на 12 июля всё-таки переправила на левый берег значительную часть танкового полка. Поэтому поднявшаяся утром «в рост» пехота была встречена плотным огнём артиллерии и танков, завязались кровопролитные бои на позициях 52-й гв. и 95-й гв. сд. Не удалось добиться существенного результата и на участках других соединений 5-й гв. А. Поэтому уже к полудню стало ясно, что план контрудара, по крайней мере под Прохоровкой, провалился.
С 15.00, используя замешательство, вызванное отходом нашей пехоты и выходом из строя основной части танков, эсэсовцы перешли к активной обороне в полосе 5-й гв. ТА. В 16.00 по боевым порядкам гвардейцев Жадова за р. Псёл был проведён сильный авиационный, а затем артиллерийский налёт. Не успели рассеяться столбы пыли и дыма, как в атаку двинулись танки и штурмовые орудия в сопровождении мотопехоты на полугусеничных бронетранспортёрах и до 200 мотоциклистов с экипажами автоматчиков. Бронетехника прошла через наши позиции, а мотопехота была отсечена и залегла, поэтому танки были вынуждены отойти. Борьбу с противником в излучине осложняло отсутствие танковой поддержки и наспех оборудованные боевые позиции без разветвлённой сети траншей. Почти полностью отсутствовали и минные заграждения. Всё это позволяло противнику не только поражать огнём, но и просто давить нашу пехоту гусеницами, сразу же «захоранивая» бойцов в собственных окопах. Сразу после завершения Прохоровского сражения, вечером 17 июля 1943 г., штаб 5-й гв. А донёс, что за семь суток боёв в районе станции только в 95-й гв. сд числится 579 человек, которых нет ни среди убитых, ни среди раненых[628].
День 12 июля ни одной из противоборствующих сторон не принес желаемого результата. Н.Ф. Ватутину удалось удержать соединения ГА «Юг» в системе трех армейских оборонительных полос. Все попытки 4-й ТА выйти на оперативный простор и окружить силы 69-й А, тоже успеха не имели. Немалыми усилиями командованию фронтом удалось остановить наступление АГ «Кемпф» после прорыва обороны 69-й А в ночь на 12 июля и взять ситуацию под контроль южнее Прохоровки (в районе сёл Шолоково, Ржавец, Александровка). Однако нельзя сказать, что в этот день советская сторона праздновала победу. Скорее наоборот, 12 июля был самым трагичным и, по сути, неудачным днём не только оборонительной операции Воронежского фронта, но и Курской битвы в целом. Главную задачу – разгромить вражескую группировку, вклинившуюся в оборону фронта, и перехватить инициативу – решить не удалось. Разработанный советским командованием план фронтового контрудара оказался неудачным, так как к его началу он уже не соответствовал изменившейся обстановке, а возможности войск – поставленным задачам. Ударные соединения обеих гвардейских армий были обескровлены за несколько часов, на отдельных участках они были вынуждены даже оставить занимаемые позиции. Соединения СС, перейдя во второй половине дня в контратаку, продвинулись на этом направлении вперёд, как и в прежние дни, до 4 км. Кроме того, все соединения 4-й ТА и АГ «Кемпф» полностью сохранили боеспособность. Так, 2-й тк СС перед началом контрудара располагал 294 танками и штурмовыми орудиями, а к вечеру 13 июля за счёт восстановленных боевых машин его численность достигла 251 единицы[629]. (Подробно состояние 2-го тк СС на 13 июля 1943 г. смотри в таблице № 5.) Причём масштабных боёв с применением значительных сил бронетехники, какие отмечались накануне, 13 июля не происходило.
