– Брань на вороту не виснет, – презрительно произнес Ааз. – Я говорю, что вы лишь транжирите деньги своего работодателя. С этого момента я ограничиваю доступ к нему. Вы можете поздороваться с ним утром, спросить «как прошел ваш обед?» после полуденного перерыва и сказать «до свидания», когда покинете строительную площадку. Все остальное должно быть реальным вопросом жизни и смерти.
– Вы мешаете работе профсоюзного чиновника! – закричала она.
– Тише, Ааз, – сказал я, поднимая руки, чтобы успокоить комбатантов. – Ты не можешь помешать ей переговорить с ним, когда это действительно нужно. Бельтасар – опытный менеджер.
– Все верно, так оно и есть! – воскликнула она и опешила.
– Ты защищаешь то, что она делает? – не поверил своим ушам Ааз.
– Я говорю, что она делает это по уважительной причине. Штрафы – лишь способ напомнить Сэмуайзу, что они настроены серьезно. Я прав? – я повернулся к Бельтасар.
– Прав.
– Так как же ей сообщить Сэму, чего они от него хотят?
Бельтасар вертела головой, глядя то на меня, то на него.
– Да! Как еще мы можем это сделать?
– Что ж, на вашем бы месте, – здраво рассудил Ааз, – я вел учет всех проблем и докладывал ему о них в конце дня. А заодно потребовал бы с него всю оплату. Это дало бы ему возможность ввести более эффективные меры безопасности. Бельтасар может каждое утро сообщать работникам новые правила. Как вам такое предложение?
– По-моему, это хорошая идея. Не так ли, Бельтасар? – спросил я ее.
– Да… э-э-э… нет. Нет! – До Бельтасар наконец дошло, что ее взяли в оборот сразу две команды. Скарабейша сердито стукнула крошечным кулачком по грудному панцирю. – Нам решать, как именно вводить новые правила. Да-да! В противном случае «И Компании» грозит забастовка!
Ааз покачал головой:
– Я – официальный представитель вашего работодателя. Если вы предпочитаете саботировать его проект вместо того, чтобы сотрудничать и выполнять ту работу, за которую вам платят, что ж, милости просим…
Ярко-голубые глаза Бельтасар покраснели от ярости.
– Возможно, мы так и поступим! Вы еще увидите мощь
– Да, да, – сказал Ааз, махнув рукой. – Ты и твоя армия? Смотрю, ты пытаешься меня запугать?
Как будто по сигналу, в следующий миг появилась тень, становясь все больше и больше, пока не покрыла всех нас. Я успел вовремя задействовать магическую силу, которая была у меня внутри, чтобы оттолкнуть Ааза назад. Сам я спиной налетел на Сэмуайза и Толстого Омбура, который как раз нес нам дымящееся блюдо.
Надсмотрщик-титан в набедренной повязке и тюрбане рухнул на стол. Во все стороны полетели брызги еды. Титан лежал и стонал до тех пор, пока Ааз не помог ему подняться.
– Что с тобой стряслось? – спросил Сэмуайз.
– Скарабеи, – задыхаясь, ответил синелицый великан. – Под моей ногой. Они явно сделали это специально!
Не был ли тот зеленолицый горд прав, говоря, что скарабеи хотят, чтобы Сэмуайз потерпел фиаско?
– Невозможно! – возмущенно воскликнула Бельтасар. – Вы нас оговариваете!
– Вы пытались убить меня! – взревел титан, сжимая кулаки. – Я раздавлю тебя, как жука!
– Только попробуй, дылда! – вскипела Бельтасар, свернув свои крошечные передние лапки в комочки. Я живо представил, как из ее ушных отверстий валит пар.
Их спор заглушило пение рогов. По долине эхом разнесся гулкий мужской голос:
– Дорогу царице!
– О нет! – воскликнул Сэмуайз. – Только не рассказывайте ей, что только что произошло! Все по своим местам! Быстро!
Все горды выскочили из поварской и, натыкаясь друг на друга, суетливо забегали вокруг пирамиды.
– Что происходит? – спросил Ааз.
– Царица! Фараон Сузаль. Она не сказала мне, что едет. Поторопитесь. Следуйте за мной!
С этими словами бес запрыгнул на пандус и перелетел через самый верхний уровень пирамиды. Ааз пожал плечами. Я на всякий случай задействовал магию, и мы перелетели вслед за ним.
С высоты моей точки обзора открывался отличный вид на восточную часть долины. Сначала мне не было видно, что приближалось к нам, из-за огромного облака пыли, окутавшего все кругом.
Внезапно клубящееся облако рассеялось, и я увидел, что к нам по песку движется процессия. Во главе ее кружились и извивались в танце девушки в прозрачных одеждах. Далее шла группа музыкантов, исполняя на струнных и духовых инструментах походный марш. Барабанщики стучали по верху обтянутых кожей барабанов, отбивая такт. Маги бросали в воздух огненные шары и вызывали радуги. На какой-то миг я подумал, что поток ножей, летевший по кругу по обеим сторонам процессии, это тоже дело рук магов, но потом понял, что ножи бросает труппа жонглеров. Все они стояли на сотканных джиннами коврах, которые несли их над гладкой поверхностью барханов.
