Почему-то моя шутка вновь заставила Тананду покраснеть.
– Как скажете, сэр. – Деволица протянула ладонь. Я уронил туда чаевые, надеюсь, не слишком большие, но и не слишком маленькие. Она вроде бы осталась ими довольна, по крайней мере в той степени, в какой бывает доволен любой девол, получая лишь часть содержимого вашего кошелька вместо всей суммы. Она щелкнула пальцами. В мгновение ока к нам плавно подплыла бутылка из коричневого стекла и пара высоких изящных бокалов. Деволица-сомелье на лету поймала бутылку, провела когтем по фольге и вытащила пробку, причем все одной лишь рукой. Я едва сдержался, чтобы не зааплодировать. Деволица налила каждому из нас немного вина. Я попробовал. Бледно-зеленое вино было не похоже на все, что я пил до сих пор.
– Это здорово, – похвалил я.
– Ммм, – согласилась Тананда.
Наполнив стаканы, деволка тактично удалилась, и ее сменил молодой бес, который принес нам хлеба (плетеную корзину) и воду (хрустальный кувшин), затем пожилой девол расправил наши салфетки и положил их нам на колени. После этого пара молодых бойких официанток заменили всю сервировку стола совершенно новым набором тарелок, столовых приборов и бокалов. Все они протянули мне ладони до или после оказания услуги. Наконец появился девол с елейной улыбкой на физиономии, вооруженный блестящим костяным квадратом и карандашом. Он учтиво поклонился сначала Танде, затем мне.
– Могу я принять ваш заказ, сэр и мадам?
После недолгих уговоров с моей стороны Тананда взглядом охотницы просмотрела меню. Я последовал ее примеру и заказал закуску, суп, салат и одно из рыбных блюд. Я никогда раньше не слышал его названия, но, если еда по качеству не уступает вину, меня ждет славное угощение.
– И, сэр, – сказал официант, – он зеленый! Поскольку сэр выразил свое предпочтение, мы с радостью выполним его прихоть.
От этих слов я даже покраснел. Девол с поклоном удалился. Тананда издала тихий смешок, который мог слышать только я. Я надеюсь. Я скрыл свое смущение тем, что выпалил первое, что пришло мне в голову.
– Я… э-э-э… сегодня получил сообщение от Корреша, – сказал я.
Танда сделала большие глаза и огляделась по сторонам. Между каждым столом находился незаметный магический экран, предназначенный для отключения звука. Я поймал себя на том, что почти не слышу ближайших к нам посетителей.
– Правда? – прошептала Танда, поворачиваясь ко мне.
Мне было неловко. Наверное, я зря об этом упомянул.
– Э-э-э, да. Я… слышал, что у него все в порядке. Наслаждается хорошей погодой.
Губы Тананды скривились в печальной улыбке.
– Рада это слышать. Я всякий раз переживаю за Большого Брата, когда он скрывается от моих глаз. Как ты понимаешь, я не могу сказать тебе, куда он отправился. Но, насколько я знаю, это не мешает заданиям других коллег.
– Я тоже так не думаю, но всегда приятно знать, что он… где-то рядом.
Скажи я, что видел его в Гордоне, я раскрыл бы его секрет. Я понятия не имел, было ли его задание опасным, но мне совершенно не хотелось подвергать опасности Корреша или любого из моих друзей.
– Что ж, когда в следующий раз отправишь ему сообщение, передай, что я люблю его, – сказала Танда и улыбнулась мне. – Мы с Большим Братом жутко рады твоему возвращению. Да, я иногда бывала в той гостинице, но это не одно и то же.
– Знаю, – сказал я. – Мне тоже так казалось. Потребовалось время, прежде чем я созрел для того, чтобы вернуться. А когда вернулся, то едва все не испортил.
– Не кори себя, тигр. Мы все так много думали о тебе, что не сразу поняли, что означает твое возвращение. Я рада, что все наладилось.
– Мне кажется, что Банни отлично справляется с президентством. Лучше, чем я сам.
– Семейная выучка, – пояснила Тананда, – хотя, по ее словам, титулы обычно переходят к наследнику мужского пола. Не всегда, конечно. Она сильно нервничает, беспокоясь о том, чтобы бизнес шел гладко.
– Черт, никогда бы не сказал, что она нервничала, – заметил я.
– Нервничает, еще как! Ей хочется, чтобы все было правильно. Я все время говорю ей, что мы ей доверяем. Что ей не нужно так напрягаться.
Я улыбнулся:
– Она один из самых компетентных людей, которых я знаю, за исключением той, что сейчас сидит напротив меня.
Тананда расплылась в улыбке:
– Спасибо, но не надо меня хвалить. Мне нравится моя работа. Когда наша банда распалась в первый раз, я выполнила несколько внештатных заданий и несколько – на пару с Большим Братом, но мне не хватало духа товарищества. В моей жизни я никогда не бывала так близка ни с кем, кроме родных.
– Я тоже, – сказал я, глядя ей в глаза. Повисла неловкая тишина. Я был почти благодарен, когда деволка-официантка принесла нам миску и полотенца, чтобы мы вымыли руки. Другой официант подошел поправить на нашем столе фитили свечей. Прибыли закуски, деволские танцующие пельмени. К тому времени неловкость прошла.
